Ледяное проклятье

— Вот и хорошо, — заставил я себя ободряюще улыбнуться. — Тошнит? Голова кружится? Перед глазами круги плавают?"

"— Угу, — кивнул рыжий и тут же сморщился. — Все вместе, господин. Стрела вроде и не сильно вдарила, да нога оскользнула, и на землю бухнулся. А потом словно в темный колодец провалился — ничего не помню. Как очнулся — надо мной рожа Тиксы маячит. Эх… ниргала жалко, господин… он ведь уже выздоравливать вроде как начал…

— Да, жалко, — мрачно произнес я и тут же сменил тему: — Ты так и лежи. Вставать даже и не пробуй — дня три ты теперь не ходок, а то и больше. Тикса, как закончишь с отваром возиться, то вместе с ниргалом соберите дров для погребального костра.

— Хорошо, — односложно ответил гном и покосился на продолговатый снежный холм, скрывающий под собой тело погибшего ниргала. — Все сделаю! А с лошадь что делать?

— Лошадь? — переспросил я. — А что с лошадью?

— Два стрела попало, — пояснил гном. — Я стрела вытащить, но лошадь на задний лапа наступать не может. Вообще не может. Вот, смотри, друг Корис.

Подскочив к одной из лошадей, Тикса ухватился за поводья и дернул, принуждая лошадь сделать шаг. Животное послушно шагнуло, но тут же присело на задние ноги и жалобно заржало, отказываясь идти дальше. Было видно, что лошадь мучают нешуточная боль и страх.

— Куда стрела попала? — спросил я, все с большей тревогой глядя на понурившую голову лошадь.

— Одна в бок — неглубоко совсем, а другая в спина вонзился, — ответил Тикса и пальцем ткнул в круп лошади, ближе к крестцу. — Вот сюда. Идти лошадь совсем не может — сразу кричит и упираться делает!

— Твою… — процедил я сквозь зубы, глядя на несчастное животное. — Похоже, стрела зацепила что-то важное.

— Хребет зацепило, господин, — едва слышно произнес Лени, с трудом ворочая челюстью.

— Что делай будем? — поинтересовался Тикса, хотя уже и сам знал ответ.

— Резать будем, — угрюмо бросил я. — Так, чтобы не мучилась долго.

— Так не умею, — развел руками гном, с жалостью глядя на обреченного коня.

— Я знаю, кто умеет, — ответил я, бросая взгляд на одного из оставшейся двойки ниргалов. — Давай, напои Лени отваром и займитесь погребальным костром. А я пока займусь нашим пленным.

— Резать ему живот и кишка на елка мотать! — кровожадно буркнул Тикса. — Я могу! Это я умею!

— Это успеется, — ответил я. — И если кто и убьет выродка, то это буду я. А пока просто побеседую с ним по душам.

— Я помочь беседовать! — не отставал гном, подбросив в руке округлый камень, испещренный непонятными загогулинами и символами.