Ледяной палач

Что он там будет делать один? А еще Гуров боялся напугать пожилую женщину, сказав ей, что Крячко ранен. Кто знает, как поведет себя старушка, вдруг сразу же начнет звонить Наталье? Жене друга Гуров решил позвонить сам, но чуть позже. Словно читая его мысли, медсестра посмотрела на него и сказала:

– Да вы не переживайте, друга вашего сейчас прооперируют. Доктор Павличев сказал, что ранение не очень серьезное и через месяц ваш коллега начнет бегать как раньше. Может, вы отдохнуть хотите? – она встала из-за стола. – Пойдемте со мной.

Лев Иванович покорно встал и, не спрашивая куда, пошел следом за дежурной, которая привела его в одну из палат на два койко-места.

– Эта палата для платных пациентов. Сегодня в ней никого нет, поэтому можете выбирать любую кровать и отдыхать. Если будут какие-то новости, то я приду и скажу. В любом случае до утра никто ничего не скажет конкретного ни по Тихорецкой, ни по вашему раненому.

– А его вещи? – вдруг вспомнил Лев Иванович. – Можно мне его телефон? Мне надо позвонить.

Медсестра выглянула в коридор, осмотрелась, а потом сказала:

– Вообще-то у нас звонки в отделении делать не разрешается. Но если тихо и быстро… Сейчас я вам принесу все вещи вашего товарища.

Она вышла, а Гуров подошел к умывальнику, который заметил в углу, и умылся. Спать он не собирался, но ему нужно было спокойное место, где бы он мог подумать и порассуждать о расследуемом деле.

Через десять минут медсестра вошла в палату и принесла пакет с вещами Станислава.

– Вот, тут все – и одежда, и другие вещи, – сказала она. – До утра они ему все равно не понадобятся. Хотите чаю? – улыбнулась она.

Лев Иванович отказался. Ни есть, ни пить он не хотел. Когда дежурная удалилась, он нашел в пакете телефон Станислава и позвонил сначала Наталье, а потом и Антонине Антоновне. Новость о ранении мужа Наталья приняла без излишних охов и ахов, но наказала Гурову строгим голосом, чтобы Станислав сам ей позвонил завтра и доложил с подробностями, что и как. Лев Иванович обещал, что муж ей обязательно позвонит. И она успокоилась окончательно. Антонина Антоновна же, как и ожидал Гуров, испугалась намного больше, и полковнику пришлось успокаивать ее минут пять, что ему в конце концов и удалось. На вопрос, приедет ли Лев Иванович ночевать, Гуров объяснил, что будет ночевать в больнице, а завтра они приедут уже вместе со Станиславом.

«Хорошо бы так оно и было, – думал Лев Иванович после разговора с Натальиной теткой, – чтобы Станислава завтра уже отпустили. Пусть уж лучше под присмотром Антоновны будет, чем в больнице. Да и мне спокойней будет».

Он лег на одну из кроватей прямо в одежде, сняв только пиджак и ботинки.