Ледяное озеро

 — Утрата, ты настоящая красавица. Этот наряд вы купили в Манчестере?

— Да, хотя не уверен, что твоя бабушка сочла бы его подходящим.

— Ты не расскажешь ей?

Задержавшись на ступеньках лестницы, Аликс наблюдала за собравшейся в холле семьей. Вот дедушка, курящий сигару, — занятие, которого бабушка не одобрила бы; накрахмаленная до блеска рубашка ярко выделялась на фоне темной ткани фрака. Вот Утрата — незнакомка в красном бархатном платье. Тетя Труди, как обычно, стоящая чуть позади и в стороне от остальных, в меховом палантине, окутывающем плечи. Рядом с сестрой дядя Сол, прилизанный, самодовольный и беспокойный, хмурые морщины у носа четче обозначились в неярком свете горящих по стенам канделябров с их стеклянными абажурами и тусклыми масляными лампами. Тетя Джейн стояла отдельно от него, изысканно-элегантная, в платье бледно-зеленого оттенка. Слишком худая, подумала Аликс, глядя на ее большие, наполненные ожиданием глаза. Она содрогнулась: не дай ей Бог когда-нибудь так выглядеть. И Эдвин — непринужденный и беззаботный, с волосами, против обыкновения не падающими на лоб, а надлежащим образом гладко зачесанными назад.

Аликс двинулась вниз и, преодолев оставшиеся ступеньки, присоединилась к семье.

Утрата втиснула себя в старую твидовую куртку, и остальные ошарашенно воззрились на возникшую при этом странную фигуру, похожую на бродяжку, одетую во что попало.

— Господи помилуй, неужели у тебя нет какого-нибудь плаща или палантина? — спросил дедушка.

Труди, которая исчезла, когда Утрата протискивала руку в рукав, торопливо вернулась в холл, держа какую-то одежду.

— У меня есть то, что нужно, — объявила она. — Сними это пальто, Утрата.

Она задрапировала вокруг плеч племянницы укороченную накидку из черного бархата, с капюшоном.

— Она тебя не согреет, но ты будешь на воздухе всего несколько секунд, а в машине закутаешься в плед.

Роукби помог Аликс облачиться в вечерний плащ, подал сэру Генри цилиндр, перчатки и трость с серебряным набалдашником.

— Ты сам поведешь машину, Сол? — спросил отец.

— В таком случае в «Гриндли-Холл».

Роукби распахнул парадную дверь.

Глава тридцать пятая

«Удалось урвать немного времени, чтобы сделать запись в дневнике. Сейчас я сижу в своей комнате, за столом, не опасаясь любопытных глаз. Пришла сюда переодеться, поэтому сижу в дезабилье. В моем позорном, унизительном нижнем белье, судя по тому, как Боннэ шумно втянула воздух и зацокала языком. Я никогда не задумывалась о нижнем белье, не придавала значения этой части туалета, но согласна, что моя нижняя юбка знавала лучшие времена и выглядит плохо. Ладно, ничего, все равно никто ее не увидит.

Если отвлечься от Боннэ — то вот почему я здесь, за полчаса до того, как начнут съезжаться гости.