Леди не по зубам

Если бы не шаман и дохлая ворона, кого-нибудь из нас, кто первым ринулся убирать проволоку, разорвало бы на куски! Бандиты пугают нас, устрашают, грозят!! Ждут, что мы струсим, бросим «скул бас» на дороге и вернёмся в Сибирск. И тогда они смогут разобрать автобус хоть на запчасти в поисках семнадцати капсул! Но мы не бросаем автобус, чем, очевидно их очень удивляем. Ведь они не знают про бельгийских заложников, которых мы спасаем. Чтобы отобрать у нас автобус, борисовцы даже подсовывают нам на пути подсадного гаишника, задача которого забрать «скул бас» якобы на штрафстоянку…

– Тогда непонятно, зачем похитили Ганса!

– Варианта два. Его похищение – способ заставить нас запаниковать, броситься на его поиски и забыть о цели своей поездки, или… Или, как я уже говорила, кто-то из нас работает на бандитов и до них дошла информация, что Ганс сожрал капсулы. Помнишь, нас кто-то подслушивал у кемпинга? – Элка развела руками. – Других вариантов нет. Это я вам как бывший криминальный репортёр говорю.

Мыслишка, дремавшая в глубине моего сознания, опять приподняла голову. «Ну, что я тебе говорила, идеалист хренов!» – обозначила она своё присутствие.

Элка вдруг наклонилась ко мне и зашептала тревожно и торопливо, будто боялась не успеть что-то сказать:"

"– А теперь давай, пока нас никто не слышит, быстро вспоминай, как подбирались люди в эту командировку?! Кто выдвигал кандидатуры, кто их утверждал, может быть, кто-то напросился в поездку сам, как всё происходило?!!

– Да обыкновенно происходило, – пробормотал я, пытаясь в подробностях вспомнить детали подготовки этой поездки. – Ильич заскочил после уроков ко мне в кабинет и сказал, что, скорее всего, из баб… в смысле, учительниц, кроме Лаптевой, никто не поедет. У неё одной – ни детей, ни мужей, ни свекрови, ни дачи. Троцкий попросил, чтобы я поговорил с Викториной, ну, я и… поговорил. Сначала Лаптева наотрез отказалась, сказала, что её укачивает в автобусах, что ей нужно срочно лечить зуб, а на следующий день пришла и сказала, что её зубной врач заболел, а она давно мечтала посмотреть Алтай. Я поинтересовался: «Вас не будет укачивать? Дорога неблизкая». Она ответила, что подруга дала ей какие-то чудесные таблетки. Так и договорились. Германа Львовича я взял в поездку по одной простой причине: он единственный мужчина в школе, кроме меня и Троцкого. Герман умеет водить машину, у него есть права, а ещё он неплохо ладит с детьми и умеет проводить всякие викторины и конкурсы. Вот, собственно, и все соображения насчёт кандидатуры Абросимова. Когда я ему предложил поехать, он очень обрадовался. Сказал, что терпеть не может дачные дела в начале лета и лучше уехать к чёрту на кулички, чем копать, боронить и сажать.