Служанка-леди

Показалось или нет, из комнаты донесся шум? Кто-то пришел? Да ну и пусть, не выйду. Сглотнула горький ком, прислушалась — тишина. Ушли или ждут? Один или двое? Почему не пытаются вытащить меня отсюда? Я замерла, чутко ловя любой звук по ту сторону двери, нервы превратились в до предела натянутые струны, тронь — порвутся с тонким звоном. Одно хорошо, желание шмыгать носом резко пропало, я боялась лишний раз пошевелиться, чтобы не выдать себя. Из головы напрочь вылетело, что оба прекрасно знают, где я — Хлою же через дверь разглядели.

Не знаю, сколько времени прошло, я отсидела ноги, да и пол в ванной каменный, холодный. Тихонько поднялась, разгладила юбку, прислушалась. Тихо. Ладно. Не вечно же сидеть в темноте. Взялась за ручку, невольно задержала дыхание и осторожно приоткрыла. Ага. Свет есть — значит, кто-то в спальне. Кто-то, Яна, а то не знаешь, кто. Я распахнула дверь и шагнула в спальню.

Эрсанн сидел в кресле, положив ногу на ногу и переплетя пальцы на колене, в расстегнутой до середины груди домашней рубашке и штанах, Лорес стоял рядом, прислонившись к спинке. Оба молча смотрели на меня с непроницаемыми лицами, сейчас больше похожие на братьев, старшего и младшего. Щеки вспыхнули, вместо позвоночника как палку вставили, я задеревенела, переводя взгляд с одного на другого и не в силах ничего сказать. В спальне горели свечи на каминной полке и масляная лампа у туалетного столика. Мой взгляд упал на цветастый ковер с длинным ворсом у камина, и мелькнула рассеянная мысль, что сюда больше подойдет шкура какого-нибудь лохматого зверя. На ней наверное так классно валяться, особенно без ничего…

— Яна, — негромко позвал Эрсанн, и я, вздрогнув, испуганно уставилась на него. Старший Морвейн поднял палец и продолжил. — Последняя уступка. Кто?

Я даже толком осознать не успела, что именно он спросил, мои глаза метнулись сначала к Лоресу, потом обратно к отцу. Они и так все понимали, тем не менее, вопрос прозвучал, и на него надо ответить.

— Ты… — едва слышным шепотом произнесла и сглотнула совершенно сухим горлом.

Судя по усмешке, притаившейся в уголке рта Лореса, он не рассчитывал на другой ответ и ничуть не обижен. Спелись… Отец и сын. Эрсанн наклонил голову, по-прежнему серьезный, и сказал:

— Жду в одиннадцать у себя, — потом встал и махнул в сторону стенки с другой стороны от камина, ближе к выходу. — Дверь здесь.

Оба вышли, оставив меня в растерянности стоять посреди спальни. Вот так, Яна. Это не нерешительные мужчинки из твоего мира, охочие до легких побед, и не терпеливые идеальные особи, о которых пишут в книжках о попаданках. Тебе дали достаточно времени на размышления — по меркам Морвейнов, — тебе уже все сказали и показали, и больше лорды ждать не будут. Играть в благородство тоже.