Леди полуночи

Вместе с Паркером они могут посвятить себя разведению потомства.

Тетушка Мармозет захихикала, и Кейт изо всех сил постаралась не присоединиться к ней.

– Что такое? – Ларк смущенно огляделась. – Что смешного я сказала?

– Ничего, – заверила ее Хэтти. – Не думай ни о чем, цыпленочек. Ты прелестна и чиста во всем.

Обернувшись к Кейт, Ларк неуверенно улыбнулась.

– Теперь вы знаете, что Грамерси попадают из одного скандала в другой. Вы уже презираете нас? Хотите прекратить с нами отношения?

– Ни в коем случае. – Кейт огляделась. – Я так счастлива, что не могу выразить словами. Мне нравится, что в вас нет чопорности и благопристойности, иначе я не знала, как бы подступиться к вам. Я чувствую себя на седьмом небе от счастья рядом с вами, когда вы разговариваете, подтруниваете над собой, шуршите газетами. Вы даже не представляете, какое для меня наслаждение находиться в окружении семьи. Любой семьи.

– Но мы не любая семья, – заметила Ларк, – а, вполне возможно, ваша.

– Ну, раз вам теперь все известно, – добавила Хэтти, – я не стала бы обвинять вас, если бы вы не захотели знаться с нами.

Кейт посмотрела в их серьезные, полные надежды лица и заявила:

– За всю жизнь мне не хотелось ничего большего, чем все вот это.

И тут же почувствовала налет фальши в своих словах. Сегодня она уже кое-чего захотела больше всего на свете – прикосновения мужчины, чтобы испытать на себе его жаркую, исходящую из естества силу. Ей хотелось этого больше, чем жизненного комфорта, больше, чем семьи. Он был нужен ей как воздух. Все ее тело томилось и страдало.

Кейт закрыла глаза и отогнала от себя запретные чувства.

– Мне только хочется, чтобы мы каким-то образом нашли подтверждение нашему родству.

– Я уже кое-что предпринял в этом направлении, – сообщил лорд Дру. – Отправил распоряжение моему человеку в Маргит – может, ему удастся что-нибудь разузнать. Мы также задействуем другие источники.

– Я не очень надеюсь на это, но может… вы кое-что вспомните сами? – неуверенно произнесла Ларк. – Вдруг при виде портрета и в окружении семьи всплывут какие-нибудь эпизоды, фрагменты…

– Наверное, такое возможно… со временем. Хотя я мало что помню. – Кейт пожала плечами. – Пыталась, и не раз, вспомнить, и это было похоже на блуждание в лабиринте, из которого никак не получалось найти выход. И я знала… просто была уверена: как только выйду, вспомню все. Пока же я только слышала звуки пианино и увидела… что-то синее.

– Может, вот этот кулон? – Ларк сняла портрет с каминной полки. – Вот, у нее на шее, видите?

Кейт присмотрелась повнимательнее, хотя заметила кулон еще вчера, но в вечернем полусумраке он показался ей черным. Сейчас было видно, что он глубокого, темно-синего цвета, слишком темного для сапфира.