Леди полуночи

 – По его тону все поняли, что разговор окончен. Резкий шелест газеты прозвучал как финальная точка.

Вслед за этим повисла полная неловкости пауза.

– О, дорогая, – заговорила Ларк. – Мне так хотелось избежать этого. Но, Хэтти, будет лучше, если ты скажешь мисс Тейлор правду.

– Какую правду? – удивилась Кейт. Сердце забилось быстрее: возможно, Торн был прав и они что-то скрывают от нее.

Хэтти отложила бумагу и чернила.

– Правда заключается в том, что… Если говорить об аристократических семьях, то с этой точки зрения нас, Грамерси, вряд ли можно назвать…

– …цивилизованными, – подсказала тетя Мармозет.

– …типичными представителями, – закончила Хэтти. – Это идет еще из нашего детства, мне кажется. Мы практически полностью провели его на севере, в Роксфелле, в огромном старом особняке, где из-за паутины было не видно кладки на стенах. Наш отец страдал от продолжительной болезни, уносившей все его силы, а мать полностью отдалась заботам о нем. Слугам было наплевать на нас, ни у кого даже не возникло мысли отдать детей в школу. Никто, конечно, не ожидал, что Эван унаследует титул. Думали, что он перейдет каким-нибудь родственникам по линии отца. Поэтому мы росли как могли, как лозы винограда в заброшенном саду. Так продолжалось до тех пор, пока тетушка Мармозет не приехала, чтобы позаботиться о нас, но уже тогда было слишком поздно, чтобы что-то исправить. За исключением нашей милой, очаровательной Ларк, мы выросли, как бы это сказать, немного не такими.

– Не такими? – повторила Ларк. – Хэтти, в твоих устах это звучит как «испорченными».

– Если Кейт останется с нами, то должна об этом знать. Вполне очевидно, что мы не принадлежим к сливкам общества, но при этом неприлично богаты, занимаем высокое положение и настолько восхитительны, что это самое общество не может не замечать нас.

– Все может измениться, – заметил лорд Дру. – Я имею в виду высшее общество. Я принял решение устроить Ларк выход в свет, которого она заслуживает. У меня дважды не получилось добиться с сестрами хоть какого-то успеха, а сезон Харриет и вовсе закончился полным фиаско.

– Если судить по меркам общества.

– По-другому и не получится. Исключительно по меркам общества. И в конце твоего сезона оно не только оценило нас, но еще осудило, вынесло приговор, пригвоздило к позорному столбу и закрыло перед нами двери лет на десять. – Сложив газету, лорд Дру отбросил ее в сторону и помассировал переносицу. – Каллиста теперь никогда не сможет появиться в Лондоне.

– Не очень-то ей и хочется, – сказала Ларк и повернулась к Кейт. – Она влюбилась в мистера Паркера – старшего конюха. Теперь они вместе живут в Роксфелле, а мы съехали оттуда на это лето, пусть сами занимаются поместьем. Каллиста всегда любила лошадей.