Леди не копают могилы

И по тому, как они меняли размер, можно было представить, с какой скоростью крутились шестеренки-мысли в ее голове, — вспомнила, что подписывала.

— Погодите! — ахнул за спиной тетки кузен, до которого, кажется, тоже только теперь что-то дошло. — Она что, действительно вышла замуж за раба? — Его плечи затряслись от хохота. — Бу-га-га… Серьезно?

«Скотина», — подумала Ди и, только теперь высвободив ладонь, шагнула вперед, выходя из-за алтаря.

— А ты пока иди через ту дверь и возвращайся в усадьбу, — услышала за спиной, как Марко задержался, чтобы не дать еще и Жнеде предстать перед разъяренной старухой и тоже получить порцию ее злости.

— Серьезно! — заявила Диана, встав рядом со жрецом. — Я передумала, тетушка, и прошу вас отнестись с пониманием к моему решению.

Они все смотрели на нее, сотни глаз. Правда, большинство растерянно и не понимая, что вообще происходит: господа так шутят?

Маги как особые гости сидели в первом ряду через проход от леди Гарье и ее племянника, рядом с дворецким и экономкой. Маг с именем на букву «л» толкал в плечо темного, явно пытаясь узнать у него, в курсе ли он, что происходит. Берт же положил ногу на ногу, упер локоть в колено и, опустив подбородок на кулак, смотрел на разворачивающуюся перед ним драму с плохо скрываемой скукой. От любопытного коллеги он попросту отмахнулся, нетерпеливо дернув плечом.

Гордис, сидящий с другой стороны от черного мага, сжал губы в прямую линию и выпрямил спину так, будто к ней кто-то прибил запасную хозяйскую трость.

Тария вообще закрыла лицо ладонью и теперь смотрела на мир между пальцев.

Себастиан все еще похихикивал, подергивая головой, словно шакал. А старуха метала глазами молнии...

Диана стояла перед ними, будто плохая актриса на импровизированной сцене бродячего театра. И разница была лишь в том, что единственного, чего ей можно было не опасаться, так это быть закиданной тухлыми яйцами и гнилыми помидорами.

Видимо, таки отправив Жнеду подальше, Марко подошел к Ди, встал рядом и снова взял за руку.

— Леди Гарье, прошу вас, давайте обсудим все в другом месте, — что бы он в этот момент ни чувствовал, его голос звучал спокойно и твердо.

Марко был абсолютно прав. Это уже превращалось в настоящий цирк с сотнями зрителей — случайных свидетелей, часть из которых, может, с радостью убралась бы восвояси, но не знала, позволено ли.

— А ты — закрой рот! — в бешенстве рявкнула старуха, сжав трость до белизны костяшек.

Тария сдвинула пальцы, а потом переместила ладонь на лоб, обреченно покачав головой. Где-то в задних рядах заплакал ребенок.

— Ты у меня еще пожалееш-ш-шь… — голос старухи резко упал до шипящего шепота.

Диана тяжело сглотнула, а Марко тут же сжал ее пальцы, без слов говоря: «Не пожалею».

И Ди воспрянула духом: она тоже не пожалеет.