Леди не копают могилы

Кто-то что-то жевал, кто-то ходил между рядов с подносами, раздавая это самое «пожевать». Лица тоже были сплошь воодушевленные — еще бы, слуг пригласили на праздник и усадили практически рядом с господами. Такое событие!

И вдруг все остановилось: и голоса, и движения. Кто-то замер, не донеся закуску до рта, кто-то не дожевав. Какую-то девушку с разносом в руках голос жреца настиг посреди прохода. Она оцепенела, неловко вывернув шею, да так и осталась на месте безмолвной статуей.

Зал окутала мертвая, воистину зловещая тишина. Она казалась вязкой, душной, едва ли не осязаемой. А еще эта тишина настолько не обещала ничего хорошего в будущем, что у Дианы по спине пробежали мурашки. Она ничего не говорила, тоже, как и все, замерла на месте, а это короткое мгновение замешательства субъективно показалось ей вечностью.

Возможно, что-то отразилось на ее лице, а возможно, Марко сам почувствовал то же самое, но сжал ее ладонь крепче.

Почему-то там, в каморке, когда он подтвердил, что любит ее и тоже хочет быть с ней, а на их запястьях защелкнулись брачные браслеты, Ди подумала, что все самое страшное позади — она решилась, рискнула и добилась главного. Теперь же до нее дошло, что самое страшное как раз ждет их впереди.

Легко говорить, что тетка ее возненавидит, а отец, быть может, вовсе отречется от такой дочери. И совсем непросто быть в этом самом моменте.

— Да что ты несешь?! — гаркнула леди Гарье, сидящая в первом ряду в компании ее верного племянника и незнакомого мужчины в маленьких круглых очках, должно быть, того самого нотариуса, приезд которого ждали. Высокая башня-прическа гневно закачалась.

— Хм... Миледи, прошу обратить внимание, что к представителю духовенства следует обращаться на «вы», — бесстрашно ответил жрец, важно задрав мясистый нос. — Все выполнено в соответствии...

Но старуха не дала ему даже закончить. Наивный, его маленькая месть удалась на славу — бабку он вызверил не на шутку и, бесспорно, добавил бы своей выходкой в ее шевелюру не один седой волос, не будь она уже совершенно седой. Однако на то, что леди Гарье проглотит такой акт неповиновения и облизнется, можно было даже не рассчитывать.

— Что выполнено?! — перебила она и, тяжело поднявшись со скамьи при помощи трости с позолоченным набалдашником, шагнула к священнослужителю, намереваясь... что? Врезать ему этой тростью?

— Позвольте, я вам помогу, дорогая тетушка, — немедленно встрепенулся Себастиан.

Но не успел даже оторвать зад от сиденья."

"— Не лезь, — каркнула на него тетка, продолжая наступать на жреца. — Что выполнено, я спрашиваю?! Я не давала разрешения! Я не разрешаю!

— Давали, миледи. В разрешении на брак нет имени невесты.

Старуха остановилась. Ее глаза на мгновение расширились, а затем сузились, превратившись в щелки.