Леди не копают могилы

Когда Ди сможет вернуться? Через год? Через пару лет? Позже? К тому времени Марко будет давно и крепко женат, и они со Жнедой наверняка обзаведутся еще парочкой прекрасных ребятишек…

Ребятишек? Она подумала «ребятишек»? Диана, которая морщила нос от рассказов про ремонт в детской и запас пеленок и искренне считала, что с началом материнства жизнь заканчивается?

Теперь же, впившись в собственные волосы, как в спасательный плот в шторм, и раскачиваясь из стороны в сторону на одном месте, Ди думала о том, что у Марко, должно быть, будут очень красивые дети, а он сам станет замечательным отцом.

И все это будет со Жнедой!

А Диана — как бы то ни было, сколько бы ни пришлось ждать — все равно приедет слишком поздно. Слишком! И даже если что-то захочет, и даже если Марко на это «что-то» согласится (в чем лично Ди сильно сомневалась), рассчитывать ей можно будет только на статус любовницы при живой жене.

В Реонерии сложно получить официальный развод даже аристократам — для этого необходимо писать запрос королю и ждать его личного одобрения. Что уж говорить про простолюдинов? Для них: брак — это навсегда. Счастливый или несчастный, с любовью или без нее — на всю жизнь.

Поэтому никаких потом для них с Марко не существовало. Сейчас, в этот ближайший час, их отношения навсегда закончатся. А когда Диана вернется через несколько лет, Марко в лучшем случае улыбнется ей как старой знакомой, а в худшем — отвесит поклон и скажет что-нибудь невыносимое вроде: «К вашим услугам, миледи».

Зато Ди будет свободна и финансово независима.

И купит себе еще десяток платьев.

Сотню.

Миллион!

Она может вообще построить себе под гардероб отдельное здание, в котором можно будет заблудиться без карты, и гулять там, словно по саду…

И там же в одиночестве сдохнуть!

Диана вскочила на ноги, заметалась по комнате. Чуть не убилась, споткнувшись о чемодан.

Деньги, наряды, развлечения, другие мужчины — все это не принесет ей счастья. Это лишь внешний лоск, оболочка вокруг внутренней пустоты, которую ей впервые удалось заполнить здесь, в Сливде.

И, мечась по комнате, Диана вдруг впервые отчетливо поняла, что ей вообще нечего терять, кроме Марко и его любви. Потому что у нее в принципе ничего больше нет. Ничего более значимого, более важного.

Плевать, что однажды Сливда достанется Себастиану. Когда еще это будет? Кузен не тетка, и он не боец. Если Ди не сдастся, она его добьет. С помощью собственного отца (плевать, унижаться так унижаться) или попросив о помощи отца Эль (к черту гордость!), или даже ее дядюшку, приходящегося единокровным братом самому королю. Можно найти выход, можно.

И со Жнедой можно что-то решить. Опять же, если отринуть намертво вбитые в голову установки не докучать никому с излишними просьбами.