Мятежная леди

Но сейчас, когда предстояло устроиться на одеяле и разделить трапезу, Фиона вдруг почувствовала, что они одни в целом мире. Ей стало неуютно. Может, зря она согласилась с ним поехать?

— Следовало взять с собой Джошуа, Дэви или кого-нибудь из слуг, — сказала она, слегка хмурясь. — Не вернуться ли нам?

— Сначала поедим, — возразил Керкхилл, ставя корзину на одеяло.

— Вы должны были кому-нибудь сказать, — упрекнула она. — Вы этого не сделали, почему?

— Потому что хотел поговорить с вами с глазу на глаз, — бросил он через плечо. — Но завтрак прежде всего. Трудный разговор нужно вести на сытый желудок.

Фиона застыла на месте и сердито посмотрела на Керкхилла.

Он выпрямился и взглянул на нее:

— Идите сюда и садитесь.

— Нет. Я отлично знаю, о чем вы хотите говорить. Так вот, вы испортили такое чудесное утро, и я не желаю с вами разговаривать.

Фиона повернулась, чтобы идти к лошадям, но Керкхилл успел поймать ее за руку.

— Нет, мы поговорим. Не забывайте, что я несу ответственность за вас и вашего ребенка.

— За ребенка — да. Что касается меня, вы распоряжаетесь лишь тем, что выделил на мое содержание старый Джардин. Если он не оставил ничего — а я подозреваю, что так и есть, — то вы мне никто.

Керкхилл пристально смотрел ей в глаза, и Фиона поняла, что дрожит.

— Вы уверены? — тихо спросил он.

Она не могла говорить. Ее вдруг охватило внезапное, глупое желание разрыдаться.

— Попечитель или опекун — в любом случае мой долг защищать вас обоих, Фиона. Более того, теперь я знаю вас лучше и могу сказать, что обычный ночной кошмар не довел бы вас до истошного крика. Я хочу знать — что вам снилось?

— Пустите меня. Мои сны вас не касаются. Керкхилл отпустил ее руку и холодно сказал:

— Вы снова ведете себя как ребенок, но и на сей раз вам не будет от этого проку. Я намерен вытащить из вас правду.

— А я не собираюсь вам ничего говорить. — Фиона снова повернулась, но Керкхилл схватил ее и повернул лицом к себе.

— Богом клянусь! — воскликнул он, встряхивая Фиону за плечи.

Задыхаясь от злости, она попыталась освободиться.

— Нет! Пустите меня!

И вдруг она застыла, лицо стало стремительно бледнеть.

— Что с вами? — встревожился Керкхилл. — Я только чуть-чуть вас встряхнул. Неужели вам так больно?

Фиона покачала головой. Но ее тело все еще было напряжено, взгляд прикован к его лицу. Она как будто хотела прочитать его мысли.

Они стояли так довольно долго. В голове Керкхилла мысли сменяли одна другую с ошеломительной скоростью, в памяти всплывали тысячи подробностей, мелочей, которые он успел подметить с момента приезда в Спедлинс. Кажется, он нашел единственный ответ головоломки под названием «Фиона».

Он знал, что Уилл Джардин держал жену взаперти. Знал, что ни он, ни старый Джардин не проявляли к ней уважения.