История любви леди Элизабет

– Нельзя было бы обвинять Элизабет, если бы она возненавидела тебя за это.

– Я не намерен предоставить ей такую возможность, – ответил Ян сурово, предупреждая священника не вмешиваться. – Я найму сыщика, чтобы найти его, а после того, как узнаю, что с ним случилось, скажу тебе,

Здравый смысл Дункана боролся с его совестью, и на этот раз совесть потерпела поражение."

"– Вероятно, это лучший выход, – неохотно согласился он, зная без сомнения, как трудно будет Элизабет простить Яну еще одно и более тяжелое прегрешение против нее. – Все это было бы намного проще, – добавил он со вздохом, – если б ты пораньше узнал, что случилось с Элизабет. У тебя много знакомых в английском обществе. Как случилось, что тебе не сказали об этом?

– Прежде всего меня не было в Англии почти год после этого эпизода. Во-вторых, – добавил презрительно Ян, – среди тех, кого так смешно называют высшим обществом, дела, касающиеся кого-либо, никогда с ним не обсуждаются. Они обсуждаются с другими, прямо за его спиной, если удается.

Ян смотрел на необъяснимую улыбку, появившуюся на лице дяди.

– Оставив в стороне сплетни, ты считаешь их необычайно гордой, властной, самоуверенной группой людей, ведь так?

– Большей частью да, – коротко ответил Ян, повернувшись, и зашагал по ступеням.

Когда дверь за ним закрылась, священник обратился к пустой комнате.

– Ян, – сказал он, и его плечи затряслись от смеха, – тебе нужно иметь титул – ты рожден для него.

Однако через минуту он стал серьезным и поднял глаза к потолочным балкам, лицо его выражало возвышенные чувства и удовлетворение.

– Благодарю Тебя, – сказал он, обращаясь к Небу. – Ты довольно долго не отвечал на первую молитву, – добавил он, имея в виду примирение с дедом Яна, – но Ты удивительно быстро ответил на вторую, об Элизабет.

Глава 18

Четыре дня спустя около полуночи Ян, наконец, добрался до гостиницы «Белый Конь». Оставив лошадь конюху, он прошел в гостиницу, минуя общий зал, полный крестьян, распивающих эль. Хозяин гостиницы, толстый мужчина с грязным передником вокруг живота, бросил на вошедшего оценивающий взгляд, на его черный дорогого покроя камзол, сизо-серые бриджи для верховой езды, на суровое лицо и мощную фигуру, и благоразумно решил, что не надо брать с гостя деньги за комнату вперед – благородные люди иногда воспринимают это как оскорбление.

Через минуту, после того, как мистер Торнтон заказал ужин в свою комнату, хозяин поздравил себя с мудрым решением, потому что его новый гость осведомился о великолепном имении, принадлежащем известному местному дворянину.

– Как далеко отсюда Стэнхоуп Парк?

– Около часа езды, господин.

Ян был в нерешительности: поехать ли туда утром неожиданно и без предупреждения, или послать записку.