Леди GUN

Милосердие Господа стало очевидным и величественным, ведь иначе на свете не было бы такой музыки.

Она стала регулярно посещать церковь, поститься. Ее раскаяние и исповедь были искренними, а ее пожертвования исходили из сердца. У нее появились просьбы, и она не стеснялась молиться, ведь теперь она знала, что может ходатайствовать за Борю, за Милочку и Андрея, чтобы облегчить их участь на небесах. Она молилась о здравии Сашеньки, а иногда позволяла себе ставить свечку за собственное здравие. Ей хотелось жить. Ведь ее жизнь наполнилась любовью и светлой памятью.

– Елена Александровна, вы жертвуете колоссальные суммы на церковь, – заметил как-то Маркел. – Может, стоило ограничиться строительством одной часовни?

– Дай мне насладиться Воскресением… – останавливала его Родионова. – Следи лучше за Сашенькой и не зевай.

И Маркел опекал юную девушку, стараясь изо всех сил. Особенно после того, как случилась странная вещь. Кто-то прислал на имя Матушки электронное письмо.

«Просим вас перевести в течение трех дней пятьдесят миллионов долларов плюс проценты по ватиканскому кредиту в размере двадцати миллионов долларов на следующий счет… – Далее следовал номер корреспондентского счета в Цюрихе. – В случае непоступления средств в установленный срок последует суровое наказание…»

– Бред какой-то! – выразил свое мнение Маркел, но заметил настороженность на лице Матушки. Она потребовала удвоить бдительность, что он и сделал."

"Но, как он и предполагал, ни в обозначенные в письме три дня, ни в последующую неделю ничего страшного не произошло. Ложные тревоги и пустые угрозы – дело привычное. По телефону и в электронных письмах все смелые! А как до деда доходит – в кусты…

Однако Родионова восприняла угрозу всерьез, словно предчувствовала что-то неладное.

…Шестнадцатилетняя прелестница была не подарок. Вся в Матушку. Маркел возил ее в закрытую школу на Рублевке лично. В бронированном «Мерседесе». У школьных ворот он всякий раз просил Сашу оставить «пукалку» в бардачке. «Пукалкой» он называл «браунинг беби» – пистолет мелкого колибра, который сам выбрал для девушки и требовал, чтобы оружие всегда находилось в ее сумочке как естественный атрибут, подобный косметичке.

Стрелять Саша не любила, но могла. Маркел постарался – раза три сводил ее в тир. Результаты не ахти какие. Но сносные. В мишень попадала.

Однажды Матушка попросила доставить Сашеньку на собеседование к педагогу, нанятому в качестве репетитора для поступления Сашеньки в МГИМО. Ехать надо было на Вернадского. По МКАД. В час пик.

Маркел никому бы не доверил этот трансфер. Сашеньку он априори возил лично.