Лед твоих объятий

– Себастиан, ты же прекрасно знаешь, что никакие лекарства мне не помогут. Слепота от магического истощения не лечится, ведь так?

– Кто сказал тебе такую глупость? – в голосе мужа проскользнуло возмущение.

– Не нужно, Тиан. Не лги мне. Я сама слышала ваш с Артуром разговор.

Да. Не далее как вчера. Дверь смежной комнаты оказалась прикрыта неплотно, а Кимли с Артуром не подозревали, что я слышу каждое слово. У слепых действительно тонкий слух, это я выяснила опытным путем.

– И что же ты успела подслушать?

– Что никакой надежды нет.

– Да? А знаешь, сколько раз я сам видел, как жизнь опровергает эту фразу? – Кимли хмыкнул и пригладил мои волосы. – Или ты не помнишь, откуда меня вытащила? Вообще-то, все знают, что смерть необратима, и что? Вот же я, живой и невредимый! – муж взял мои ладони и заставил коснуться своего лица, словно подтверждая собственные слова. – Анне когда-то тоже говорили, что из Снежных чертогов нет возврата, однако Артур вернулся. А ты говоришь, надежды нет. Глупости. Скажи, что просто струсила."

"– Кто? Я струсила? – От возмущения у меня даже голова кружиться перестала.

– Ну не я же, – ответил Кимли, и по его голосу я поняла, что он усмехается.

– Бред! Я ничего не боюсь!

– Да? И даже выпить горькое лекарство?

Шарг! Подловил-таки.

Я молча открыла рот и позволила мужу влить две ложки микстуры. Странно. Она совсем ничем не пахла и на вкус оказалась вовсе не такой ужасной, как в прошлый раз, когда меня пичкал ею Легрэ.

– Как ты это сделал?

– Магия.

Кимли пожал плечами, и я ощутила это движение всем телом. И ужасно захотелось прижаться еще плотнее, обнять мужа, коснуться его губ.

– А теперь спи, – приказал Кимли. – Тебе нужно набраться сил.

Мне достался короткий поцелуй, и я провалилась в сон.

Себастиан Кимли

– Леди Диана, успокойтесь, – он посмотрел на мать жены. – Никакой опасности нет. Ребекке просто нужно набраться сил и восстановиться.

Леди Гринделл всхлипнула и принялась искать по карманам сигареты.

– Я не могу видеть ее такой, – дрожащими руками достав пачку, призналась женщина. – Не могу. Бекки никогда ничем не болела, она всегда была сильной девочкой, а сейчас… Это ужасно. И этот ее взгляд…

Леди Диана попыталась закурить, но у нее не получалось – зажигалка ходуном ходила в длинных, унизанных кольцами пальцах, и пламя все время гасло.

– Дай сюда, Ди, – раздраженно сказал Гринделл. – Сколько раз я просил тебя не смолить эти проклятые «Бресс» в моем присутствии!

Герцог забрал у жены сигареты и раздосадованно смял пачку.

– Себастиан, сделайте что-нибудь, нельзя же просто сидеть и смотреть, как моя дочь умирает! – не обратив внимания на поступок мужа, воскликнула леди Диана. Ее глаза были полны слез.