Лёд и Пламя

Я думаю, Фрэнка Таггерта уполномочили подать Фентону очередные жалобы по поводу лесопилки — это было еще до того, как открылись угольные шахты, — и он встретил Чарити. Как бы то ни было, они сошлись очень быстро, и она решила, что хочет выйти замуж за Фрэнка. Я не думаю, что когда-нибудь приходила в ее маленькую испорченную головку мысль, что ее отец посмеет ей в чем-либо отказать.

Но Горас не только запретил ей выходить замуж за Таггерта, но и запер ее в комнате. Каким-то образом ей удалось бежать, и она провела с Фрэнком два дня. Когда люди ее отца нашли их, она как раз была с ним в постели и заявила своему отцу, что не расстанется с Фрэнком, даже если от этого будет зависеть ее жизнь.

— Как это ужасно, — прошептала Хьюстон.

Кейн достал сигару из тумбочки около кровати и закурил.

— Она-таки его получила: через два месяца она сообщила родителям, что беременна.

— Тобой, — мягко сказала Хьюстон.

— Мной. Горас выкинул дочь из дома и сказал ей, что она ему больше не дочь. Его жена слегла в постель и оставалась там до тех пор, пока не умерла четырьмя месяцами позже.

— И ты ненавидишь Фентонов, потому что ты по закону такой же наследник, как и Джекоб, но тебя сослали в конюшни."

"— Такой же, черт побери! — взорвался Кейн. — Ты еще и половины истории не слышала. Чарити переехала в трущобы, где жили Таггерты — единственное жилье, которое они могли себе позволить на ту зарплату, что платил им Фентон, и возненавидела их. Конечно, никто не хотел с ней говорить: ведь она была одна из Фентонов, да и из того, что я слышал, никто и не собирался сбивать с нее спесь.

…Через два месяца после того, как она вышла замуж за Фрэнка Таггерта — у меня тут есть свидетельство о браке, — он погиб под рухнувшими штабелями.

— И Чарити вынуждена была вернуться в дом отца.

— Он был сволочью, каких свет не видывал. Чарити попыталась обойтись без него, но чуть не умерла с голода. Я разговаривал со служанкой, которая работала тогда у Фентонов, и она рассказала, что, когда Чарити вернулась, она была грязной, исхудавшей и на последнем месяце беременности. Горас только бросил на нее взгляд и сказал, что она убьет свою мать, и что она сможет остаться только в качестве служанки. Он послал ее мыть посуду на кухню.

Хьюстон поднялась и встала около мужа, положив руку на его плечо. Она чувствовала, как он дрожал от переполнявших его чувств. Голос Кейна сделался тише.

— После того как моя мать четырнадцать часов скребла тарелки Фентона, она поднялась наверх, родила меня и после этого хладнокровно повесилась.

Хьюстон в изумлении смотрела на него.

— Никто не спас ее?

— Никто. Фентон поместил ее в самую дальнюю комнату на чердаке, и, даже если она и кричала, никто не мог ее услышать.

— И что сделал Горас Фентон?

— Он ее и нашел.