Девочка-лед

— Я закричу, убери от меня руки! — стараюсь, чтобы мой голос звучал твердо, но парня это только сильнее раззадоривает.

Абрамов толкает меня спиной к гаражу. Как назло, нет никого из прохожих.

— Ну давай, рассказывай, моль, что у тебя с Беркутом?

— Отпусти меня сейчас же! — дергаюсь беспомощно.

Очень боюсь, что он снова воспользуется тем средством, от которого отключаешься и проваливаешься в небытие. Именно поэтому внимательно слежу за его руками, чтобы, например, в карман не полез.

— Поделись, что такого в тебе есть, — насмешливо бросает он, сокращая между нами расстояние.

Я начинаю паниковать.

— Дай мне пройти! — отворачиваюсь от него.

— Может, умеешь что-то особенное? — окидывает меня расфокусированным взглядом. — Такие, как ты, небось на все готовы, да? А в школе строишь из себя монахиню…

Он брезгливо морщится, глядя на мою куртку.

— На шмотки не заработала еще? — стискивает до синяков тонкое запястье.

— Перестань! — кричу на него я. — Отпусти меня немедленно!

— Ты в целом ничего такая, пользуйся, пока еще свежак. Есть те, кому по нраву грязь. Второй сорт, — грубо сжимает пальцами мои щеки и криво улыбается.

Мне от этой его улыбки становится жутко. Колени дрожат, и пульс резко учащается.

— Сколько стоят твои услуги, Лисицына? Или ты как мамаша, за бесплатно и с кем попало?

— Отпуусти! — толкаю его, пытаясь освободиться, но у Яна — это вызывает обратную реакцию. Ему нравится.

— Ты должна мне за выбитые зубы. Давай у меня в тачке и расплатишься, а? Покажешь, чем ты так Беркутова заинтересовала. С каких пор он впрягается за тебя? — наклоняется ниже, почти касаясь своим носом моего. — Что было той ночью, м?

Прожигает меня черными, как смоль глазами. Смотрит с неприкрытым презрением, но есть в этом взгляде нечто гораздо более пугающее. Мне кажется, что такие, как Ян получают особенное удовольствие от насилия. Причем и от морального, и от физического.

— Ян, отойди от нее, — слышу я спокойный, знакомый голос.

Поворачиваю голову направо. Камиль. Хмурит брови и в течение нескольких секунд оценивает ситуацию.

— Иди, Юнусов, куда шел, — бросает Ян через плечо недовольно.

— Лисицыну отпусти, — повторяет парень упрямо.

— Мы не закончили с ней, — говорит ему сквозь зубы. — Домой пилил? Вот и топай.

Юнусов резко вскидывает руку, отодвигая от меня Абрамова. Я, пользуясь моментом, быстро срываюсь в сторону.

— Больше всех надо? — Абрамов убирает руки в карманы и грудью напирает на Камиля, который в свою очередь тоже выглядит как зверь перед прыжком.

Глядит на товарища, прищурившись, и качает головой.

— Потом перетрем! — Ян отступает на шаг и смотрит на меня взглядом, обещающим неминуемую расправу.