Госпожа Медовой долины. Лапушка

У стены стоял покосившийся старинный буфет без двух ножек, три сундука разных размеров, несколько сломанных стульев, кресло, обтянутое потрескавшейся кожей. А еще в углу пылился ящик с дамскими шляпками. Садовую мебель свалили в кучу, в самый дальний угол, и мне пришлось поднапрячься, чтобы разобрать ее.

Она была чудесна! Два деревянных кресла, круглый стол, кресло-качалка и две скамьи с широкими спинками. С мебели, правда, облез весь лак, но если ее зачистить, а потом снова залакировать, она точно украсит сад. Маленькие подушечки и пледы добавят уюта.

Спустившись вниз, я заглянула на кухню. Миссис Маклин дремала над шитьем, весело посвистывая одной ноздрей.

Что ж, чтобы не сидеть без дела, придется заняться стиркой, не дожидаясь Френсис. Полковник тоже спал, и я, стараясь не шуметь, забрала корзину с грязным бельем. Такая же корзина была и в комнате миссис Маклин.

В прачечной было жарко. Пар от кипящей воды заполнил помещение, превратив его в настоящую сауну. Мне ничего не оставалось делать, как снять платье, чулки и туфли. Так я чувствовала себя намного комфортнее.

Чтобы не натирать белье мылом, я настрогала его ножом прямо в горячую воду, подождала, пока оно раствориться, после чего взялась за стирку. Мыло мы купили самое дешевое. Оно чем-то походило на современное хозяйственное мыло, но запах имело более резкий. Но главное ведь чистота, а не ароматы. Тем более, сушась на ветру, белье все равно будет пахнуть свежестью.

Прошло около часа. Я вся взмокла, кожа на руках сморщилась от воды. В голове мелькнула мысль, что нужно будет смазать их сливочным маслом. Иначе они превратятся в куриные лапы.

Выполоскав последнюю сорочку, я швырнула ее в корзину. Теперь нужно вынести чистое белье в сад, где между деревьями были натянуты веревки. Настиранное оказалось очень тяжелым из-за влаги, но выбора у меня не было. Затеяла дело, доводи до конца.

Кое-как я вынесла одну корзину, а со второй чуть не упала, споткнувшись на дорожке о торчащий край камня.

- Ох… м-м-м-м… Какого черта ты не надела обувь?! - вырвалось у меня, так как пальцы пронзила резкая боль. – Глупая гусыня!

- Вы очень категоричны к себе.

Мое сердце сделало кульбит, в глазах на секунду потемнело, и мне даже показалось, что я рухну в обморок. Но организм Анжелики был крепким. Ноги стали ватными, движения замедленными, а в голове стайкой закружились панические мысли.

Повернувшись на голос, который узнала бы из тысячи, я увидела графа Мортимера, стоящего в нескольких метрах от меня. Скорее всего, он видел, что я завернула за угол дома, и пошел следом.

Взгляд мужчины медленно скользнул по моей мокрой сорочке, прилипшей к телу, задержался на глубоком вырезе, но его лицо оставалось бесстрастным. Я же заливалась краской, словно перезрелый помидор.