Лапти

Размахивая руками, останавливались, что-то, видно, кричали и снова устремлялись в сторону церкви.

— У вас сегодня женское собрание, что ль? — спросил он Дарью.

— В чем же дело? Куда бабы спешат? Иди-ка узнай.

Дарья наскоро накинула шубу на плечи и выбежала на улицу.

Едва бабы увидели ее, как вперебой, оскалив зубы, закричали:

— А-а, выскочила с пузом! Глядите, добро какое носит!

— Твой кособровый лучше не старайся.

— И ты, мокрохвостка, не верти подолом. Храма божья мы вот вам…

Бабы дружно показали кулаки.

Не дожидаясь церковного старосты, группа, во главе с Алексеем, направилась тоже к церкви. Возле нее уже стояла и галдела нарастающая толпа. Кое-где виднелись и мужики, но они держались поодаль.

Увидев сельсоветчиков, бабы притихли и враждебно насторожились.

— Вы что собрались? — спросил Алексей.

— Собираться не заказано, — ответила Авдотья, стоявшая впереди.

— Кто говорит — заказано? Только почему волнуетесь?

— Мы не волнуемся. А вот вы зря за это дело взялись, — выступила Мавра.

— Как будто не знаешь? За коим лешим техник приехал?

— Он прислан для осмотра церкви, — выступил уже Скребнев.

— Чего ее оглядывать! Вот она, вся тут, — указала Мавра на церковь.

— Скажите, кто вас сюда накликал? — прищурился Скребнев.

— Сами собрались, — ответили бабы.

— Староста вам натрепал!

— А церковь закрыть все равно не дадим. И не думайте, что думаете! — выкликнула Авдотья. — Раз вы сами бога не признаете, отойдите в сторону.

— Никто церковь закрывать не собирается, — ответил Алексей. — Но в таком помещении вам служить все равно не разрешат. Вас потолком придавит.

— Пущай давит. Зато все в рай пойдем, — усмехнулась Мавра.

Из совета принесли пару несоразмерно огромных ключей. Бабы, увидев ключи, оживились, взволнованно зашептались, а как только Алексей с техником пошли к церкви, они тоже дружно двинулись за ними. Пока вкладывал Алексей ржавый ключ в гигантский, с коровью голову, тупорылый замок и отпирал колокольню, бабы вызывающе истово принялись молиться и старательно отпускали низкие, чуть не до снега, поклоны. Войдя в церковь, они снова, еще усерднее начали креститься и, вздыхая, поочередно прикладываться к иконам.

Алексею противно было смотреть на этих молящихся баб. Он знал, что усердствуют они притворно, что в самом деле не такие они богомольные, а некоторые совсем и не помнят, когда в последний раз в церкви были.

«Ой вы, змеи», — усмехнулся он и позвал техника в алтарь.

Потолок в алтаре отвис. В любой момент он готов был рухнуть. В алтарь бабы не пошли. По церковному закону входить туда им не разрешалось. Они толпились возле клироса и чутко прислушивались ко всему, что говорил техник.