Лакомая в Академии вампиров

Сгорая от стыда, Лиз чувствовала, что она влажная, возмутительно, позорно влажная, и ее трусики промокли насквозь, да так, что влага просочилась до бархата платья и Константин наверняка ощущает это.

Его язык прошелся по ее губам, насильно протолкнулся в ее рот, и Лиз ощутила его выступающие клыки. Константин Леоне прикусил ее язык, и девушка, почувствовав солоноватый привкус своей крови, застонала от острой боли, к которой присоединилось жуткое наслаждение, когда он принялся сосать ее окровавленный язык.

Все сильнее и сильнее, в каком-то странном ритме, каждое движение в котором отзывалось внутри яркими вспышками. Девушка попыталась отстраниться, но князь прижал ее губы к своим с такой силой, что еще чуть-чуть и ее шейные позвонки готовы были хрустнуть.

Лиззи испугалась, что в следующую секунду он откусит ее язык и проглотит… Но отстраниться можно было от Виктора Гвидо, с великим князем Константином Леоне этот номер был бесполезен… Он отпустил ее лишь тогда, когда сам этого захотел.

До глубины души шокированная девушка попыталась отдышаться, не понимая, что вообще с ней происходит. Ощущение того, что она своему телу не хозяйка было противным, но в то же время сладостным.

Она хотела подняться и уйти прочь, но не могла даже пошевелиться.

– Думаю, нам с тобой, подруга Элизабет Бредфорд, нужно кое о чем серьёзно поговорить, – прозвучал в самом ухе вкрадчивый баритон Леоне. – Наедине.

Встрепенувшись, как испуганная птаха, Лиз только сейчас обратила внимание, что на них с интересом поглядывают присутствующие в зале. Святые угодники, ведь всё на глазах, на чужих глазах!"

"Как она могла полностью отдаться своим сумасшедшим ощущениям и позабыть о том, что на них смотрят? Наверное, сейчас все гадают, кто она… А может, узнали? Впрочем, нет, это исключено – узнать в сексапильной, млеющей на коленях ректора красотке скромного десмонда Элизабет Бредфорд с первого курса совершенно нереально.

На ватных ногах Лиззи пошла за ним.

На часах полвторого ночи, а она в кабинете ректора Академии вампиров, и почему-то именно из-за этого происходящее кажется нереальным, похожим на фантастический сон. Никакого намека на учебный процесс – он зажигает свечи, ведь огонь тоже ему подвластен, одна их сверхспособностей всесильного ректора.

Чувство дежа-вю накрывает с головой. Те же действующие лица, то же место, акт второй.

Акт? Почему ей на ум пришло именно это слово?

Такие непристойные ассоциации… Лиззи, Лиз, что с тобой? Ты ли это вообще?

Леоне опускается в свое дорогущее кожаное кресло, пристально разглядывая замершую у дверей девушку стальными голубыми глазами.

– Маска! – велит он.