Лабутены для Золушки

 – «Гинденбург» сгорел из-за водорода. Теперь используется инертный гелий. Новые материалы, герметичные отсеки, запас сжатого газа, компьютерная регулировка давления… В любом случае, он плавно опустится на землю…

– Увы, не всегда катастрофы происходят по инженерным расчетам, – покачал головой Камински. – Форс-мажорные обстоятельства часто перечеркивают оптимистические прогнозы…

– Сразу видно юриста мирового уровня! Хорошо, Джеймс, открою вам главный секрет: в случае форс-мажора пассажирская гондола отстреливается и опускается на парашютной системе! В общем, безопасность здесь приближается к ста процентам.

– Приближается? – остро глянул Вебер.

– Конечно. Стопроцентной безопасности еще никто не придумал…

– Что ж, я, наверное, рискну, – кивнул Вебер. – Сколько времени займет постройка?

– В полгода можно уложиться…

Мужчины обсуждали различные технические детали, а Киру удивляло, что никто не интересовался ценой такого аэростата и стоимостью его содержания. Наверное, для них это не имело значения…

Она с интересом наблюдала за происходящим – все-таки нечасто приходится оказаться в одной компании с сильными мира сего. Здесь существовала четкая иерархия – за столом сидят люди высшей касты, несмотря на все различия, они равны между собой, по крайней мере условно равны. И Кира тоже каким-то чудом оказалась в числе избранных. А все остальные – обслуга. Официант, переводчик, охрана… Они тоже условно равны – в рамках своей касты. Хотя этот, как его… Бонгани – он все же ближе к избранным: вот, подошел к столу, налил стакан «Перье», жадно выпил и остался здесь же, за спиной Афолаби. Очевидно, он имел на это право. Кире показалось, что он исподволь рассматривает ее испытующим взглядом. Так рассматривают людей, о которых что-то знают. С чего бы такой интерес?

Мужчины обсуждали достоинства той или иной двигательной установки для будущего дирижабля, женщины говорили о росте цен и падении нравов. Кира не имела намерений вступать в беседу, но пришлось. Супругу толстяка Вебера интересовало ее состояние после похищения. Кира ответила, что переживает смешанные эмоции – безусловную радость освобождения, и огромную психологическую усталость, вызванную перенесенным стрессом: Гастон Синяя Борода мерещится ей на каждом шагу и даже приходит к ней во снах…

– Вот, Абиг, оказывается, наша гостья никак не может успокоиться, – сказал Афолаби. – И мы за это в ответе!

Бонгани тут же переключил внимание с Киры на своего шефа, кивнул и, отойдя к дальней стеклянной стене, коротко переговорил по телефону.

– Я позвал вас совершить небесную прогулку как раз с мыслью о терапевтическом эффекте воздухоплавания, – продолжил Афолаби, обращаясь к Кире.