Жемчужина Лабуана

Лодка отошла от трапа, но, вместо того чтобы спускаться по реке к другим парусникам, развернулась и пошла вверх по течению, огибая корму «Марианны». Седобородый манти, сам севший на веслах, так и впился взглядом в корму, на которой золотом было выведено название судна. Но, заметив, что оставшиеся провожают его взглядом, быстро отвернулся и старательно принялся грести.

Сандокан и Янес взглянули друг на друга.

– Что ты думаешь об этом старике? – спросил Сандокан.

– Думаю, что этот забавный обряд был только предлогом, чтобы подняться на борт, – ответил португалец, слегка встревоженный.

– У меня такое же чувство.

– Неужели нас провели, как мальчишек?

– Но откуда им было знать, кто мы такие и зачем явились сюда? Они что, в самом деле колдуны и якшаются с нечистой силой?

– Не знаю, не знаю, – сказал Янес задумчиво. – Подождем Каммамури.

– Ты, кажется, встревожился, Янес.

– И есть отчего. Если туги уже знают о наших намерениях, нам придется нелегко.

– Но, может, нам просто почудилось это? – сказал Сандокан. – Может, и вправду этот нищий старик просто хотел заработать несколько рупий своими заклинаниями?

– Но эти вопросы, заданные настойчивым тоном, этот взгляд, которым он точно хотел проткнуть наши борта.

– Неужели и полицейский с ним заодно?

– Довольно странно, что полицейский сопровождал этого нищего старика. Что, полицейскому больше делать нечего?

Сандокан прошелся молча по палубе. Потом покачал головой и уверенно сказал:

– Наверняка это туги. И один из них представился полицейским, чтобы лучше провести нас.

Португалец посмотрел на Сандокана серьезно.

– Ставлю сто против одного, что и ты склоняешься к этому.

– Да, дружище. Скорее всего, нас опять провели. Индийский Тигр пока что хитрее Тигра Малайзии.

– Ты прав, – усмехнулся Сандокан. – Это хитрость цивилизованная, а наша дикарская, простая. Но ничего, мы возьмем реванш. Да и сейчас этот мошенник манти ничего не узнал от нас.

Он шагнул к борту и, приложив ладонь козырьком к глазам, стал наблюдать за шлюпкой, которая скользила среди стоящих на якоре кораблей.

– Шлюпка с головой слона, – сказал он. – Та самая, что вчера привезла Каммамури. Пора бы ему уже объявиться.

Они поднялись на капитанский мостик и действительно увидели эту шлюпку, которая, ловко маневрируя среди стоявших на якоре и двигавшихся по реке судов, приближалась к «Марианне». В ней было четыре гребца и рулевой – судя по костюму, мусульманин.

Вскоре шлюпка подошла к борту «Марианны» и остановилась у трапа. Рулевой в мусульманском костюме, отдав какие-то приказания гребцам, быстро поднялся на борт и склонился перед Янесом и Сандоканом в характерном поклоне.

– Не узнаете? – спросил он с улыбкой. – Тогда не узнают и туги.