Бегущий в Лабиринте (Трилогия)

– Этого я и боялся, – пробормотал Ганс и крикнул остальным: – Сюда, ребята, помогите мне!

Томас представил, как у него в голове крохотные паучки крутят лапками крошечные колесики механизма – того, что управляет им сейчас. Он стиснул зубы, напрягая волю, однако рука еще выше подняла нож, пальцы крепче сжали рукоять.

– Я те… – Договорить он не успел. Кто-то накинулся на него, выбив из руки нож.

Томас упал, кое-как выгнул шею – и увидел над собой Минхо.

– Никого ты здесь не убьешь, – предупредил друг.

– Слезь! С меня! – завопил Томас, а по чьей воле: ПОРОКа или по своей, – было уже не понять.

Минхо, пыхтя и отдуваясь, надежно прижал Томаса к полу.

– Не слезу! Пока мозги тебе не прочистят!

Томас хотел улыбнуться, но напряженные – все до последнего – мускулы не исполнили даже этой простейшей команды.

– Томас не вернется, пока Ганс не выключит имплантат, – сказала Бренда. – Ганс?

Седой опустился на колени рядом с Томасом и Минхо.

– Поверить не могу, что работал на этих людей. Работал на тебя. – Последнее слово, глядя Томасу в глаза, Ганс практически выплюнул.

А Томас беспомощно наблюдал за происходящим. Все нутро кипело от бесплодных усилий, попыток расслабиться и не мешать Гансу. В следующую секунду живот налился жаром, волна которого устремилась вверх. Томас взбрыкнул и начал высвобождать руки. Тогда Минхо, подобрав ноги, сел ему прямо на спину.

Предохранитель спровоцировал выброс адреналина, и Томас сумел-таки скинуть друга, вскочил на ноги и, подобрав нож, прыгнул на Ганса, ударил, но тот предплечьем отвел лезвие. Полилась кровь. И вот уже седой и юноша сцепились на полу. Как ни противился Томас, его рука продолжала колоть и рубить.

– Держите его! – крикнула где-то рядом Бренда.

Томаса схватили за руки. Кто-то дернул его сзади за волосы, и Томас, завопив от боли, махнул не глядя ножом. Слава Богу, Минхо и Ньют его пересилили, начали потихоньку стаскивать с Ганса. Спина ударилась об пол, нож вылетел из руки. Кто-то ногой оттолкнул его в дальний угол кухни.

– Я вам не позволю! – вопил Томас. Он ненавидел себя, хоть и знал, что не управляет собой.

– Заткнись! – прямо ему в лицо прокричал Минхо. Хорхе тем временем ухватил Томаса за руки. – Ты спятил, чувак! Они тебя с ума сводят!

Отчаянно хотелось сказать: да, мол, ты прав, я сам себе не верю. Минхо же обернулся к Гансу и крикнул:

– Давай уже прочистим ему череп!

– Нет! – закричал Томас. – Не-ет!

Он отбивался со звериной яростью, но четверо оказались ему не по зубам, тем более что каждый схватил его кто за руку, кто за ногу.

Они оторвали его от пола и вынесли в короткий коридор, где Томас умудрился сбить со стен несколько картин в рамках. Зазвенело стекло.

Томас кричал. Сил сопротивляться не осталось – всю энергию забирало восставшее тело.