Курсант (СИ)

На первый этаж сбежали по лестнице, вылетели из «пряничного домика» через заднюю дверь и ускорились еще чуть-чуть. Хотя лично мне хотелось дать по тормозам и полюбоваться новенькими «Беркутами» армейской сине-зеленой расцветки.

Выяснять, к какой именно винтокрылой машине бежать, не пришлось — в проеме боковой двери ближней стояла Янка и призывно махала рукой. Так что через считанные мгновения мы запрыгнули в нужный десантный отсек и на миг выпали в осадок, обнаружив в нем не привычные откидные скамеечки, а пять пар высокотехнологичных энергопоглощающих сидений, рассчитанных на бойцов в полном обвесе.

«Миленько…» — подумал я и рванул ко второму ряду, оставленному для нас с Валентиной. А после того, как зафиксировал тушку ремнями, выдернул из специального крепления авиационную гарнитуру с шумоподавлением, нацепил на голову и услышал ехидный голос Раисы Александровны:

— Че стоим? Ждем разрешения гражданского диспетчера?

Вертолет тут же «прыгнул» в небо, поднялся над деревьями дворцового парка и с набором скорости пошел на юго-юго-запад. Когда перелетел через внешнюю ограду, чуть-чуть скорректировал курс, забрался метров на сорок с гаком и вписался в «створ» между высоченной фиолетово-зеленой призмой Дворянского Собрания и монументальным небоскребом Министерства Связи. Ну да, хамил. Но не так уж и долго — пронесся над проспектом Императрицы Марии до его пересечения с Черноморским бульваром

и пересек по диагонали Измайловский парк. А перед храмом Трех Святителей заложил лихой разворот и с пикирования притерся к одному из посадочных квадратов на краю летного поля Военной Академии имени Шуйского.

Как ни странно, комитетом по торжественной встрече нашей компании и не пахло, поэтому мы, никуда не торопясь, прогулялись к рампе за баулами со шмотьем и личными вещами, попрощались с экипажем боевой машины и выбрались наружу. Там состыковались со второй половиной команды, прошли порядка пятидесяти метров по направлению к КПП и увидели, как от башенки КДП стартует какой-то внедорожник.

…В допросе вояки поучаствовало аж пять специалистов по экстренному потрошению. Незаменимая убрала опьянение и купировала боль от порванных связок, Щелчок, получивший официальное разрешение на использование части ментальных заклинаний, подавил волю, Ика отслеживала изменения эмофона, а матушка и «старшая сестричка» задавали вопросы. Опыта у двух последних оказалось предостаточно, так что к моменту прибытия «Росомах» нового начальника Академии и его свиты у гвардии полковника Светланы Романовны Волконской-Шаховой появились все основания включить режим Большого Начальства.