Курсант: Назад в СССР 13

Артемий Евграфович Котлов, сорок шестого года рождения. Что ж…

— Ага, так точно! Сорок лет мне будет, юбилей, но, говорят, такую дату праздновать не рекомендуется…

Я на всякий случай переписал данные Артемия в малюсенький блокнотик, что всегда был со мной. Еще и телефон его домашний спросил. Тоже зафиксировал.

— Слушай, свадебный гость, раз уж речь об отработке зашла. А ну скажи-ка, а ты на моем торжестве ничего подозрительного не видел?

— В каком смысле? — продолжал услужливо улыбаться собеседник.

— Личностей никаких подозрительных не встречал?

— Да я же по личностям не спец, товарищ майор! Я же по другому профилю… По юбками и помадкам! Вот за тех спрашивайте, про всех расскажу, кто где сидел и с кем пришел… Только женщин подозрительных не было. Все они выпивали и танцевали…

— Ясно… жаль… — я задумчиво прикусил губу.

— Погодите! — Артемий хлопнул себя по широкому лбу. — Вспомнил! Был там один тип странный…

— Рассказывай. Кто такой, как выглядел?

— Да не знаю. Как он выглядел, не запомнил я. Только разглядел, что худой он, как жердь.

— Худой, говоришь? — обрадовался я, но виду всё-таки старался не подавать — надо держать этого тамаду в тонусе. — А морда? Морду опиши!

— Эх… Не видел. Он так быстро выскочил из гостиницы. Будто от бешенной собаки спасался. А потом шмыг в машину — и по газам! Я как раз на крыльце стоял, с дамой курил. Еще удивился тогда, куда это товарищ с праздника так торопится? И нетрезвый за руль садится. От стола же прямиком. Хотя он, может, и не со свадьбы выбежал, а из гостиницы. Крыльцо-то у нас общее… Но все одно, не пойму, куда можно так нестись поздним вечером сломя голову?

— Во что одет? Марка и номер машины! — с надеждой выдавал я вопросы. — Давай, Тёма, вспоминай!

— Костюм, вроде. Пиджак, брюки, как и у всех в тот вечер. Я же не запоминал тогда. А номер машины в жисть не запомню. Не имею такой шпионской привычки.

— Марка обычная. Жигуль какой-то ночного цвета. Может, светлый, а может, темный. Не разглядывал я шибко, товарищ майор.

Теперь моё звание он произнёс с совсем другой интонацией.

— Плохо, Тёма, плохо… — вздохнул я, но понимал, что предъявить ему нечего. Никто в обыденной жизни не имеет привычки запоминать номера машин, если это только не бзик какой-нибудь. Был у меня знакомый, в том времени, ему все время казалось, что за ним следят. Так он помнил наизусть номера всех дворовых машин. И всегда обращал внимание на «чужие» тачки, въезжающие во двор, где он жил. И их номера пытался запомнить. Сейчас я очень жалел, что Артемий не из таких.

— Постойте, — вдруг вывел меня из размышлений ловелас. — Так я же фоткался на фоне той машины… и номер мог зацепить.

— Так что ж ты раньше молчал? Где фото?

Иногда я ловил себя на том, что задавал вопросы как бы из двадцать первого века.