Курок

Дважды дернула головой назад и, наконец-то ударив его в лицо, не стала терять ни секунды, едва он ослабил хватку. Я уперлась ногой в стену и оттолкнулась, заставив парня потерять равновесие. Упав на спину, он утянул меня за собой, однако мне этого хватило – как только его руки расцепились, я отползла в сторону.

В спальне и ванной родителей есть стационарный телефон. Я могла бы запереться там и даже найти какое-нибудь орудие для самообороны. Черт, да я зеркало разобью, если придется.

Метнувшись вверх по лестнице, я пробежала по коридору к комнате родителей на нетвердых ногах. Легкие горели от недостатка кислорода, волосы липли к лицу и телу из-за выступившего на коже пота.

Я распахнула двустворчатую дверь и бросилась к прикроватному столику, на ходу ударившись ногой о кровать.

– Черт!

Резкая боль взорвала мои легкие выкриком. Нащупав телефон, я схватила трубку.

Однако мой преследователь уже был сзади. Рыдания застряли в горле, когда он обвил руками мою талию, поднял меня и выхватил телефон из моей ладони.

Тяжело дыша, я уронила голову ему на плечо, пока он нес меня. Мои конечности ослабли из-за усталости, я чувствовала себя опустошенной от страха. На плечи словно навалился тысячетонный груз.

Парень остановился и прислонился спиной к стене возле гардеробной, как я предположила. Из последних сил я пыталась либо вырваться из его хватки, либо ударить его по голове, но почти не попадала в цель в таком положении.

Внезапно он поймал одну из моих рук, крепко сжал пальцы и, несмотря на мое сопротивление, приложил их к своей шее, где бешено пульсировала кровь.

Парень уткнулся лбом в мой затылок, часто дыша, и прошептал:

– Ты знаешь, что мне приходится с собой делать, чтобы оно так билось?

Его голос прозвучал изможденно.

Пульс незнакомца неистовствовал; я чувствовала пот на его коже. Ну и что? Мое сердце тоже выпрыгивало из груди, урод. Мы только что взбежали по лестнице. О чем он говорил, черт побери?

– Не беспокойся, – наконец, произнес он, отпустив мои пальцы. – Я тебя не обижу. Не сегодня.

Я опустила руку, скользнув по его ключице, однако четок там не обнаружила. И от него не пахло Дэймоном.

На миг парень сжал меня крепче; я не поверила ни единому его слову. Затем он позволил моим ногам коснуться пола, но не отпустил.

– Я хочу уйти, – сказала ему.

Если он не собирался причинить мне вред, то мог бы отпустить. В доме и во дворе не было камер. Больше никто его не видел и не сможет опознать, если он сейчас уйдет. Я уж точно не узнаю его.

– Значит, уходи, – послышался дерзкий ответ парня.

– Ты не позволяешь мне, – прорычала я, надавив на его руки.

– Люди будут многое тебе не позволять, Уинтер.

То есть он хотел, чтобы я заставила его отпустить меня? Какую игру он затеял?

Мне надоело его развлекать.