Курок

Я всегда мечтал сделать в своем доме комнату со стенами и постельным бельем, забрызганными красной краской, чтобы подбрасывать туда своих пьяных друзей. Проснувшись утром посреди такой кровавой резни, они бы накладывали в штаны от страха.

Маленькие радости жизни.

Он поднялся, хлопая по своей окровавленной одежде, служившей неопровержимым доказательством совершенного им преступления, посмотрел на кровь, стекавшую с ножа в груди молодой женщины. Когда профессор быстро огляделся по сторонам в поисках свидетелей, мы пригнулись, прячась за стволами деревьев.

Он начинал истерить, страх буквально исходил от него волнами. Могу только представить, какие мысли кружили сейчас у него в голове.

– О боже. – Мужчина часто дышал. – О боже. Какого хрена?

Ай. Бедный малыш.

Рванув во весь опор подальше от тела, он пытался вытереть кровь со своего пуловера и смешался с толпой, чтобы его не поймали.

– Офигеть, – хохотнул Уилл, больше не сдерживаясь.

Наша компания вышла из укрытия, провожая профессора взглядом.

– Он даже не попытался забрать орудие убийства. Вот же тупица.

Запрокинув голову назад, Бэнкс смеялась с Каем. А Майкл, не совладав с улыбкой, помог Алекс встать.

– Сомневаюсь, что его стоит ждать в понедельник в колледже, – подметил он.

– Ага, он к тому времени должен пересечь границу трех штатов, – добавил Кай.

– Или сдаться полиции, – хмыкнул Уилл.

Все хохотали, представляя мучительную поездку домой и несколько бессонных ночей, предстоящих чуваку, пока он не поймет, что это была шутка.

– Но если он возьмется за старое, – выпалила Алекс, возмущенная своим кошмарным видом, и глянула на Уилла, – в следующий раз мы уложим его тебе между ног в окружении дилдо и банок лубриканта.

– А это идея, – вмешался он, радостно указав на меня пальцем.

Мы снова расхохотались, воображая подобную картину. Впервые за долгое время у меня в голове и на душе было легко. Давно я так не смеялся.

Несмотря на усталость после сегодняшнего дня, в какой-то мере я чувствовал себя счастливым.

Действительно счастливым.

Но постепенно смех затих, сменился улыбками, которые тоже в итоге померкли. Вспомнив, что ненавидим друг друга, мы все замолчали. От дискомфорта и неловкости воздух, казалось, стал холодным.

Несколько лет назад подобные проделки были для нас нормой. Пока не пришло осознание, что за веселье приходится платить. Злость омрачила все вокруг, и мы цеплялись за любой повод, лишь бы кого-то обвинить.

Особенно я.

Нынешний вечер стал сладко-горьким напоминанием о прошлой жизни, разрушенной в основном по моей вине. И мои бывшие друзья об этом не забыли.

Мы с радостью вернулись к занятию, которое на несколько минут помогло нам вновь объединиться. Общие потребности, тяга к острым ощущениям, желание вырваться из оков.