Курок

 – Когда в доме воцарится тишина, нарушаемая лишь стонами моей жены, а ты будешь лежать в постели в темноте, бесясь, и злясь, и думая, будто ненавидишь меня, но все-таки просунешь руку под одеяло – ведь никто не заподозрит, что ты балуешь себя воспоминаниями обо мне, – я хочу, чтобы ты знала. – Я закончил шепотом: – Вот так ощущается красный, Уинтер. Злость и ярость, жар и такая всепоглощающая примитивная нужда, что ты превращаешься в гребаное животное.

Из уголка ее глаза скатилась слеза. И я почувствовал, как сердце громыхало у нее в груди. Оттолкнув Уинтер, я попятился к своей спальне.

– Я трахну Арион, но и тебя заставлю кончить.

Глава 13

Уинтер

Семь лет назад

– Я всегда понимаю, что они пришли, – подметила я, наколов кусочек курицы на вилку. – Вы все затихаете.

За столом раздался смех, в то время как Ной, Рика и другие девушки пялились на Всадников. Я тоже стала ощущать их. Легко заметить, если один или вся четверка входят в помещение. Громкость разговоров меняется, слышатся только редкие перешептывания. Мне хотелось бы окунуться в интриги Тандер-Бэй Преп, наверное, однако это даже хорошо, что я не могла увидеть, насколько они были привлекательны, по утверждениям. Ведь мы девятиклассники, а они – выпускники, и мы им не ровня.

У меня и так уже появился предмет обожания. Внутри все трепетало каждый раз, стоило мне подумать о наших приключениях в машине и на мотоцикле прошлой ночью. Я была более чем готова к своему первому поцелую. Не знаю, чем я его заинтересовала, но он явно не улавливал моего затаенного желания заняться кое чем погорячее. Может, парень вообще не видел меня в таком свете.

После поездки на мотоцикле мы вернулись в его машину, он отвез меня домой, и я легла спать. Никто из домашних даже не заметил моего отсутствия. Я надеялась, что мы еще поговорим или он намекнет, вернется ли опять, а если вернется, то когда, однако парень промолчал. Я тоже вопросов задавать не стала. Ведь эта встреча не окажется последней, да? То есть так не прощаются.

Вчера он мне приснился, и я проснулась с пленительной фантазией, что он будет находить меня вот так в течение многих лет и заниматься со мной сладострастными вещами. Внутри болезненно ныло, когда я думала о том, что не хочу слишком долго ждать возможности быть с ним. Если он вообще вернется.

Я находила всего одну светлую сторону в том, что могла больше никогда не почувствовать его: первая любовь поучительна. По крайней мере так говорила мама. А еще она говорила, что за первых возлюбленных замуж не выходят. Их задача просто сломать тебя, чтобы ты смогла стать лучше, совершеннее, сильнее.

Но мне было все равно. Я хотела, чтобы он вернулся. Хотела, чтобы он причинил мне боль. Лишь бы вернулся.