Курятник в пентхаусе

Куда деть крошку? Отказаться от него? Сдать в муниципальный приют? А что люди скажут? Знакомые, соседи, родственники – все вас осудят. А вот если мальчик-девочка живет в элитном пансионе, тогда порядок. Совесть у вас спокойна, платите немалые деньги, знаете – ненужный ребенок живет в хороших условиях. После окончания школы отправите его в заграничный колледж. Деньги могут всё. В гимназии хорошо относятся к воспитанникам, учителя – профессионалы. Серафима охотно встречает посетителей, рассказывает о методе Казакова, покажет и спальни, и классные комнаты. Она заинтересована в учениках. Ненужные дети – одно направление. Те, кто плохо себя ведет, с родителями в ссоре, – другое. Наркоманов, пьяниц не принимают, только педагогически запущенных, тех, о ком отец с матерью вспомнили лишь тогда, когда чадо на второй год осталось. Бытовые условия в гимназии прекрасные. Если на ребенка огрызнутся, нахамят ему, накричат, то такого педагога, воспитателя, сотрудника в тот же день на улицу выставят. В яслях и садике такие же порядки, но туда Серафима гостей не водит, опасается, что маленьким инфекцию принесут, например грипп.

– Слушаю вас и завидую, – призналась я, – мне не довелось расти в таких условиях, я посещала школу, где детей не любили, постоянно шпыняли, делали грубые замечания.

– Серафима – Янус, – неожиданно произнесла Олеся и замолчала.

Когда пауза затянулась, я заговорила:

– В древнеримской мифологии Янус изображался с двумя лицами: одно смотрело в прошлое, другое в будущее. Янус для древних римлян бог любых начинаний. Его именем назван первый месяц года январь – януарий. Считалось, что он открывает утром врата для солнца, а вечером их запирает. Еще у него пальцев, как дней в году – триста шестьдесят пять. Но сейчас слова «двуликий Янус» имеют значение «лицемерный человек». Вы назвали его именем Серафиму, потому что она великая, как бог Янус для древних римлян? Или потому, что Казакова кривит душой?

– Как педагог этой гимназии Казакова гениальна, – воскликнула Олеся.

– Этой гимназии, – повторила я. – Следует ли понять ваши слова так: есть еще и другая школа?

– Да, – подтвердила собеседница. – В глубине участка есть укромный домик, там живут и учатся другие воспитанники. Это тоже комплекс: ясли, сад, школа. Условия великолепные: спальни на одного, няни, воспитатели, учителя другие, но все они профессионалы. Об этой второй линии Казакова всем родителям рассказывать не любит. Но порой ей приходится рот открывать, и тогда Серафима говорит:

– Познакомьтесь с нашим благотворительным проектом. В этом комплексе живут ребята из бедных семей, у их отцов-матерей совсем нет денег. Понимаю, десять человек очень мало.