Куплю тебя за миллион

Вот они, мужчины: возбудил, получил, что хотел, отряхнулся и ушёл…

Даже не подумал, что мне одной будет страшно!

Я мгновенно захлопываю балкон и бегу к двери, чтобы закрыть её на цепочку, как вдруг… дверь распахивается. Я едва успеваю отскочить обратно.

— Ты что? — хмурится Бекетов, пряча одну руку за спиной.

— На минуту. А ты что подумала?

— Уф… — выдыхаю облегчённо.

Обнимаю мужчину крепко-крепко, стискивая за шею и повиснув на нём. Одно удовольствие прижиматься к его статному, сильному телу, чувствуя мощь в каждой мышце…

— Мы хотели поговорить, — напоминает Бекетов и закрывает дверь. — Держи.

Мужчина протягивает руку в мою сторону, показывая, что было спрятано за спиной. Большая, благоухающая роза. Нежно-голубая, бутон уже закрыт, но всё равно манит.

— Это мне? Я думала, синих роз не бывает.

— В природе не бывает. Это сорт Сантори Аплоз, искусственно выведенный японцами. Отец не успокоился, пока не заполучил его себе одним из первых, чем невероятно гордится до сих. Роза из оранжереи на территории поместья.

— Спасибо, — легко целую Бекетова в щеку. — Почему мне кажется, что твой отец не обрадуется?

— Вскоре он узнает о вандализме в оранжерее. Садовник отца завтра получит микроинсульт…

— Ай-яй-яй, Глеб Яковлевич. Хулиганить в ваши-то годы…

В ответ получаю болезненный шлепок по попе, а потом горячая ладонь Бекетова растирает ушибленное место.

Похоже, что он не шутил, обещая наказывать меня и… трахать. Трахать и наказывать!

Ох. Чёрт… Как же это будоражит!

— Поставь розу. Есть серьёзный разговор.

Теперь в глазах Бекетова ни капли игривости, и я понимаю, что шуточки кончились.

Поэтому следует сделать, как он скажет. Я опускаю розу в высокую вазу и занимаю место на кресле, моментально сложив ладони на коленях, словно послушная ученица.

Бекетов не собирается садиться, он расхаживает по просторной комнате.

— Первое. Ты останешься жить здесь. В доме моего отца…

— Мне здесь не понравилось! — мгновенно возражаю. — Твой отец обзывает меня шлюхой, а его люди угрожают мне!

— Лишь потому, что я был на стадии переговоров с отцом. Слямзить внушительную сумму денег со счетов отца и не получить за это нагоняй просто нереально. Расплата есть всегда! — говорит жёстко Бекетов. — Отец выставил мне в ответ ряд условий. Одно из них — ты живёшь здесь.

— Может быть, я попрошу твоего папу хорошенько, и он разжалобится?!

В ответ Бекетов громко смеётся.

— Ты забавная, Анна-Мария. Но мой отец не из тех, кого можно разжалобить. К тому же вариантов у тебя нет.

Напоминаю себе, что я нищебродка.

— Я обо всём договорился. Ты будешь жить здесь. Пока я не выполню условия отца, — размеренно говорит мужчина и хмурится.

Очень сильно хмурится. Разом нагоняет на лицо свой возраст и ещё лет десять сверху.