Куколка в подарок

Подвешенное состояние, от которого каждое движение становится опаснее. Живот подрагивает, когда ладонь спускается до него. Напрягаюсь от этих движений вверх-вниз.

Легкой ласки, которая вызывает дрожь по телу. Мурашки разбегаются, пускают пульсацию венам. Мне кажется, что я превращаюсь в пластилин. Сама ничего не могу, только под руководством горячих пальцев.

– Твои соски снова затвердели? Скажи мне.

– Я не… Они не…

– Там, в кабинете, торчали сквозь рубашку. Так и просили приласкать.

– Это от холода…

– Сейчас ты тоже замерзла?

Не успеваю ответить, как пальцы мужчины проходят по груди. Очерчивают соски, тут же исчезая. А словно оголенными проводами коснулись, ударило разрядом тока.

Он просто дразнится, едва задевает, сжимает подушечками пальцев и тут же отпускает. А у меня с каждой секундой всё стягивает внутри, наливается жаром.

Со стыдом понимаю, что между ног становится влажно. Особенно, когда мужчина цепляет резинку моих штанов, проталкивая пальцы дальше. Его горячая кожа плавит всё, разъедает.

– Не надо.

– Разве ты не хочешь? Чего ты боишься, ммм?

– Я не…

Жар приливает к лицу, жжет щеки от мысли, что мужчина всё сейчас почувствует. Как остро я реагирую, как легко поддаюсь на касания того, кого даже не вижу. Не знаю, кто касается.

Давид?

Алан?

Кровь словно закипает в венах, сердце сходит с ума, когда мужчина гладит пальцами мои половые губки. Не двигается дальше, не раздвигает. Но это намного интимнее всего, что у меня было.

Неспешные касания, от которых ток бежит по венам. Кислород взрывается, превращаясь в душащий пар. Не могу вздохнуть, когда мужчина идёт дальше, скользит по моему лону и смазке.

– Такая влажная, пиздец.

Я должна что-то сказать, сопротивляться. Только мысли превращаются в дым, мышцы наливаются свинцом. Так сложно двигаться. Слова застревают в груди, давят, заставляя румянец расползаться по коже.

– Я… Ох.

Всхлипываю, когда мужчина давит на клитор. Простреливает возбуждением, от которого ком в горле. Всё слишком, непривычно, неправильно. И я тону в этих ощущениях.

Всё скручивается в тугой узел с каждым давлением мужчины. Он сильнее вжимается в меня, его свободная рука поглаживает шею, придерживая. Чтобы никуда от него не делась.

Когда возбуждение становится невыносимым, тело сковывает судорогами, я стараюсь сбежать. Отодвинуться от горячих пальцев, вернуть себе способность мыслить. Но только упираюсь ягодицами в стояк мужчины. Чувствую, насколько он крепкий, даже сквозь ткань брюк.

– Тебе хорошо, Ань? Ответь мне. Скажи, - приказывает, а у меня всё дрожит от этого тона. От того, как пальцы очерчивают мою дырочку, едва проникая внутрь. – Скажи, что хочешь меня. Ты ведь хочешь.

– Я не… - захлёбываюсь словами, тону в своём возбуждении. Пошлом, неправильном.