Куколка в подарок

Просто эти двое сломали печати, сдерживающие меня.

– Я отойду, - Алан отвлекается на звонок телефона, медленно двигается на выход. – Да, Марат.

– Минус один, - произношу медленно, стараясь не терять буквы.

– Ты пьяная, - Давид выдыхает со смешком, заправляя прядь моих волос за ухо. – Нельзя тебе пить, куколка.

– Я не пьяная, всё хорошо. Просто перенервничала.

– Скажу один раз. Ещё раз полезешь искать приключения на свою задницу – не сможешь сидеть неделю. Это ясно?

– Насилие – не круто.

– Поговори мне ещё тут.

Рычит, а после притягивает ближе к себе. Вжимает поцелуем, от которого всё покалывает. Вулкан внутри взрывается, лава обжигает каждую клеточку. Медленно стекает вниз, прямо к лону."

"Ерзаю, стараюсь унять жгучее возбуждение. Но Давид не отпускает, держит крепче. Прекрасно понимает, что со мной делает, и наслаждается этим. Делится своим жаром, прикусывая губу.

Сминает любые протесты тем, как накрывает ладонью шею. Ласкает чувствительную точку за ухом, сдавливает сильнее. А вторая рука чуть раздвигает мои ноги, сжимает внутреннюю сторону бедра.

Остро и жарко, заставляя снова сгорать. Мне кажется, что меня давно нет. Просто девушка, собранная из возбуждения и пеплеа. Которая обхватывает мужчину за шею, перекидывает одну ногу через его бедра.

Прижимаюсь сильнее, обхватываю его лицо. Щетина колет пальцы, вызывает взрывы внутри. Между ног упирается его стояк, заставляя простонать в поцелуй.

Рвано и долго, выдыхая остатки воздуха. Позволяя себе сгореть в этом жаре похоти. Я наверняка буду гореть в Аду. Но это не страшно, совсем. К огню я уже привыкла.

– Блядь, - шумный вдох Алана возвращает в реальность, а затем тепло Давида пропадает. Оказываюсь на других коленях, мужчина крепко сжимает подбородок. – Тебя нельзя оставлять одну, Анют?

– Я была не одна.

– А то я не заметил.

Мужчина иронизирует, но не злится. Не ругается и не посылает меня. Просто равняет счет, увлекая в глубокий поцелуй. Его губы стирают вкус Давида, заменяют новым.

Язык скользит меж губ, касается моих десен, а после нёба. Алан изучает всю, полностью. Его руки задевают чувствительную грудь, накрывают и сжимают.

– Против?

Качаю головой, чувствую себя проигравшей. И выигравшей одновременно. Странные ощущения, от которых всё стягивает. Словно пленкой покрывает кожу, не могу двигаться.

Давид подвигается ближе, смещает меня в сторону. Оказываюсь зажатой между двух тел, дрожу от их мощных мускул. Давят на меня, дробят на частицы. Поглощают все чувства.

Их ладони блуждают по телу, забираясь под одежду. Касаются голых участков, поглаживают подрагивающий живот. Пальцы мужчин ныряют за край джинсов, оттягивая ремень.

Хватаюсь за шею Алана, когда понимаю, что Давид стягивает с меня одежду. Голова идет кругом, захлебываюсь своими ощущениями.