Кто сверху? (СИ)

— Эй, ты чего?

— Ты так откровенно рассматриваешь меня, Воронов. А я сейчас совсем не совершенная…

Даня настойчиво убирает руку в сторону и едва ощутимо проводит подушечками пальцев по тонкой линии шрама. По коже пробегает табун мурашек, а внизу живота с каждой секундой нарастает приятное томление, когда он так трогает меня.

— Ты самая совершенная, Федотова. Для меня."

"В груди всё сильнее и объемнее разливается тёплое чувство, которое наполняет меня до дна. Новое, приятное, которое возникает только рядом с Даней. Мне хочется сказать ему об этом, но я забываюсь. Воронов освобождается от одежды, во всей красе показывая свою подтянутую красивую фигуру, рельефный живот и вздыбленный готовый к новому заходу член. Он разводит коленом мои ноги и, опираясь на локти, проникает в меня. Болезненно-сладко, медленно и неторопливо, растягивая минуты удовольствия и единения друг с другом.

А потом всё опять заканчивается. До следующего раза. Я теряю счёт времени, изредка посматривая на установленную в детской комнате видео-няню, чтобы убедится, что с Кристиной всё в порядке, и она сладко спит в своей кровати, предоставляя родителям долгожданное время для двоих.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌В следующее мгновение Воронов лежит на спине, закинув руки за голову и с чертями в глазах наблюдает, как я обхватываю руками его твердый член и медленно обвожу вокруг головки языком. Ласкаю пальцами, обхватываю губами у основания, всасываю в себя, чувствуя невероятное блаженство от того, что могу дарить своему мужчине удовольствие.

Затем все повторяется снова и снова. Я стою на четвереньках и ловлю каждое движение, каждый толчок, каждое прикосновение тела о тела. Шлепки в тишине комнаты откровенно громкие, быстрые, ненасытные. Воронов крепко держит меня руками за бедра и вонзается в моё тело. И если бы не его поддержка, я давно бы упала на постель без сил. Последний оргазм сокрушительный — сбивает меня с ног и сводит с ума.

Мы одновременно падаем на кровать, липкие от пота и полностью без сил. На улице почти рассвет, начинает всходить солнце… Воронов засыпает первым, прижимая меня к себе. Я с упоением слушаю его размеренное глубокое дыхание, целую в колючую шею и тихо шепчу на ухо:

— Кажется, я люблю тебя, Воронов. Очень сильно люблю.

И пусть он этого не слышит, но я уверена, что у нас еще будет время, чтобы сказать об этом друг другу не один раз.

Глава 40

Диана.

Я просыпаюсь в кровати Воронова ранним утром. Солнце уже ласково заглядывает в комнату и заставляет пробудиться от сладкого сна.