Кто сверху? (СИ)

Но так же осознаю, что не хочу подпускать собственную мать к своей изменившейся вдруг жизни. Моё, сама, хватит…

— Марлевые подгузники уже приготовила? Пеленки погладила? Да ты и пеленать-то не умеешь, — мама равнодушно машет в мою сторону рукой и делает вид, что из меня получится никудышная мать. — Не волнуйся, я все сделаю вместо тебя. Сколько у меня есть времени на подготовку? Неделя, две?

Куда мне до её идеальности. Возможно, так и будет — я никогда не стану совершенной мамой, но, по крайней мере, попытаюсь дать своему ребенку право выбора и свободу без осуждения.

— Мам, я хожу на курсы будущих родителей. Сейчас не пеленают детей, начиная с роддома, и используют одноразовые подгузники, которые потом утилизируют. Со времен, когда я была маленькой, многое изменилось. Поэтому думаю, тебе не стоит уж так заморачиваться. Я все сделаю сама… с Даней.

Прохожу на кухню, сажусь на диванчик и стараюсь говорить как можно спокойнее и понятнее для неё. Рассказываю о новинках в современном детском мире — о слингах, молокоотсосах, видеоняне и партнерских родах. Конечно же, умалчиваю о том, что мы с Даней будем рожать вместе — для мамы, которая все еще живет мыслями в постсоветском пространстве такое принять очень сложно."

"— Много там знают на курсах ваших! — ее строгое лицо кривится от раздражения, и я понимаю, что мне будет сегодня ой как непросто. — Я понимаю, что таким образом ты пытаешься избавиться от меня, но учти — своего внука я буду навещать в любое время, как бы ты этому не сопротивлялась.

Нужно просто не принимать близко к сердцу ее выпады и обвинения. Быть спокойной и это совершенно точно обезоружит её. Понимая, что развить тему не получается, мама подпирает голову рукой и продолжает как ни в чем не бывало:

— Я уж думала, что ты никогда мне внука не подаришь. Ты же была этой… как её…

— Чайлдфри, — напоминанию маме.

— Точно! Я смотрела про них по телевизору. Всё ужасалась, какого монстра я вырастила… Но нет, ты все же взялась за ум и решила обзавестись потомством.

Наверное, бессмысленно пояснять ей, что чайлдфри это не всегда монстры. Часто это те, кому просто хорошо без детей.

Сижу словно школьница перед строгой училкой, опустив глаза в пол и не зная, как отвечать на мамины выпады, чтобы не обидеть и не закатить скандал.

После немого молчания мама ставит на стол чай и пироги с вишнями.

— Расскажи лучше про Даню. Давно у вас любовь-то вспыхнула?

Мама заговорщицки подмигивает, и я осознаю, что сейчас мне придется безбожно врать о нашей несуществующей любви, потому что то, что на самом деле происходит между нами с Даниилом — фарс, выдумка и нечто совершенно ненормальное, по мнению мамы и общества.

— Примерно полтора года назад мы поняли, что жить друг без друга не можем, — отвечаю не краснея.