Крысятник

Я сам слежу за этим, вкручивая лампочки, если перегорят. А тут темнота, и мне это сразу не понравилось. Однако большого значения я этому не придал. Мало ли что? И, как оказалось, совсем напрасно. Поднимаюсь к себе на этаж, а эти козлы меня уже ждут. В общем, чего тут рассказывать… финку и пистолет наставили, сказали, чтобы деньги отдал. При себе у меня немного имелось. Вывалил им все, что было. А им этого показалось мало. Знали, козлы, что я не бедствую. Какая-то сука им про мои запасы шепнула, или сами как-то вычислили. Не знаю! Вывезли они меня в лес… Думал, порешат, ну и признался как на духу. Деньги у меня в духовке лежали — выгребли все, подонки!

— Лица их запомнил?

— Да какие там лица! — зло отмахнулся Порядин. — В масках они были.

Он нервно стряхнул пепел, и Михаил обратил внимание на то, что цели гость не достиг, — сигаретный прах просыпался рядом с пепельницей.

— Может, вы отметили в поведении нападающих что-нибудь особенное? Может быть, на руках приметы какие-то были?

— Да какие там приметы! — отмахнулся Порядин. — Голова у меня совершенно другим была занята — убьют или не убьют.

— И все-таки постарайтесь, вспомните. Может, они как-то обращались друг к другу?

— Ну не помню я!.. Хотя постойте, — произнес Порядин после некоторого раздумья. На его лице промелькнуло выражение, очень напоминающее воодушевление. — Только не знаю, поможет вам это или нет…

— Для нас важна любая информация.

— Мизинец на левой руке у одного из них был обрублен. Он все время распоряжался, видно, за главного был.

— Мизинца не было полностью?

— Нет. Оставался маленький обрубок. Ну, может быть, с сантиметр.

— Ладно, это уже кое-что. А у второго ничего запоминающегося не было?

— Нет… Но по голосу я бы его узнал. Он как-то с хрипотцой разговаривал и слова тянул.

— Тогда такой вопрос, вы можете назвать остальных коллег, которые подверглись ограблению? — стараясь скрыть нарастающее возбуждение, спросил Михаил.

— Хорошо, — не без внутреннего сопротивления сдался Порядин. — Я назову вам этих людей. Только давайте сразу определимся, чтобы мое имя нигде не светилось. Я боюсь!.. Эти люди настоящие звери! Надо видеть их глаза — убьют, даже не задумываясь. А у меня на дальнейшую жизнь имеются кое-какие планы.

— Обещаю, — сказал Михаил и, вновь заметив на лице Порядина некоторое колебание, сдержанно поторопил: — Итак, слушаю…

* * *Полковника Крылова Михаил нагнал у самого выхода. Услышав оклик, Геннадий Васильевич приостановился и устремил взгляд в сторону служебной «Волги», вокруг которой, пиная от скуки скаты, прогуливался водитель — рослый прапорщик лет тридцати."

"— У тебя что-нибудь серьезное? — спросил он, направляясь к машине.