Крысятник

Ларин, шумно отодвинув стул, пригласил свою спутницу. Откуда-то сбоку подошел кавказец и, галантно наклонившись, произнес, обращаясь к пышногрудой девушке:

— Разрешите пригласить вас на танец.

Девушка ответила не сразу. С улыбкой посмотрела на его протянутую руку, после чего перевела взгляд на Чертанова, во взгляде без труда прочитывался легкий укор: если бы вы были более настойчивы, то этот танец достался бы вам. Под плавные аккорды волнующей мелодии она вошла в тесный круг танцующих, поддерживаемая под локоток заботливым кавалером.

— Чувственная женщина, — проговорил чернявый сосед, прервав размышления Чертанова.

Он наконец повернулся, и Чертанову его физиономия определенно не понравилась. В висках застучала кровь.

— Откуда вы знаете, чувственная она или нет? — неприязненно буркнул он.

— Да уж знаю, — ответил Кирилл. — Я тысячу раз имел возможность убедиться в этом на собственном опыте.

— К чему вы мне это говорите? — недовольно спросил Чертанов, невольно вспомнив Наталью и ее хахаля.

— Для поддержания разговора.

Кирилл оказался большим любителем салатов: доев один, он тут же приступил к другому. Неожиданно взгляд Чертанова задержался на его руках. На левой кисти у него отсутствовал мизинец… Михаил как завороженный смотрел на изуродованную кисть, а Кирилл, не замечая растерянности соседа, продолжал с аппетитом есть.

— Где ты потерял палец? — напряженно спросил Чертанов, переходя на «ты».

Брюнет, не отрываясь от приятного занятия, беспечно откликнулся:

— По дурости!.. Но извини, вспоминать об этом не хочется. Все-таки мы сидим в хорошем месте, поглощаем славную закусь, смотрим на красивых женщин, так почему же мы должны отягощать себя неприятными воспоминаниями?

— Чем ты занимаешься?

— Это мое личное дело, — нож и вилка на несколько секунд повисли в воздухе, а потом вновь принялись за дело.

— А откуда у тебя эта наколка? — спросил Чертанов, показав на выколотый перстень на правой кисти.

Тщательно промокнув губы, Кирилл небрежно бросил салфетку на грязную тарелку.

— А-а, это, — протянул он. — Так, ерунда… У отца такая же наколка когда-то была. А я стремился во всем подражать ему, вот и выколол такую же.

— Что же она означает?

— Что я отсидел от звонка до звонка. А что ты меня, собственно, все спрашиваешь? — неприязненно поморщился брюнет. — Ты что — из милиции?

Музыка умолкла, и пары, все еще находясь под впечатлением близости, медленно расходились по своим местам.

— Что у тебя с руками? — спросил Чертанов. — Экзема?

Кирилл машинально посмотрел на свои кисти, и в тот же миг майор извлек из кармана наручники и ловко защелкнул их на его запястьях.

— Ты что, сдурел, что ли? — недоуменно спросил Кирилл.

— Встать! И неторопливым шагом к выходу! — приказал Чертанов.