Крысятник

Несколько искр, закружившись, полетели на палас. Не прожгли. Потухли где-то на полпути и упали на мягкий ворс уже остывшими.

— Послушай, оставил бы ты меня в покое, а? По-моему, наши странные отношения затянулись.

Серый поднял брови:"

"— Я тебя не понимаю, моя прелесть. Ты хочешь сказать, что нашим чувствам пришел конец? Бог ты мой, как это несправедливо. Мы только начали понимать друг друга, и ты вдруг собралась бросить меня. Мое сердце разорвется на клочки, если подобное все-таки произойдет.

— Ты совершенно не тот человек, за которого себя выдаешь, — неприязненно выдавила из себя Наталья. — Я не удивлюсь, если ты окажешься самым настоящим убийцей!

— А ты стала смелой, — процедил Серый, внимательно разглядывая Наталью. — Похвально. Видно, близость сильного мужчины действует на тебя благотворно. Вон как заговорила!.. Только я хочу тебя немного поправить: на самом деле у человека три лица. Первое такое, каким его видят окружающие, второе — каким он видит себя сам, ну и третье — кто он есть на самом деле. Так вот, хочу тебе заметить, моя радость, что на самом деле я очень добрый и ласковый человек… Конечно, если меня при этом не достают и не лезут мне в душу. А потом, неужели я тебе так безразличен и ты хочешь разбить мне сердце этим разрывом?

— Ничего, как-нибудь переживешь, — дернула подбородком Наталья. Неожиданно пальцы Серого впились в ее бедро, словно когти хищной птицы.

— Пусти, мне больно!.. Останутся синяки!..

Он лишь улыбался.

— А ты думаешь, мне не больно, девочка моя? Я успел к тебе привязаться, а ты вместо того, чтобы прижаться ко мне всем телом, начинаешь меня отталкивать. Я этого не люблю. — Хватка хищника слегка ослабла, но жертва не ускользала, словно была парализована ужасом. — Это тебе мое первое предупреждение… и последнее.

Рука Серого слегка поглаживала бедро Натальи, медленно подползая к паху.

Неожиданно Наталья ощутила желание. Этот человек, холодный и опасный, неимоверно возбуждал ее, и невольно она слегка раздвинула ноги, предоставляя ему свободу действий. И тотчас на его губах промелькнула снисходительная и понимающая улыбка.

К собственному неудовольствию, Наталья почувствовала, как жаркая краска страсти стала заливать ее грудь и лицо. Ничего подобного с другими и с Михаилом тоже у нее не случалось. Это просто какое-то наваждение. Мужская рука, уверенно скользнув по животу, перебралась на другое бедро. Лицо Натальи горело, и теперь поди разберись, от чего — не то от нахлынувшей страсти, не то от животного страха.

— Я поняла… — прошептала Наталья тихо, словно любовное признание.

Серый был опасен, но это лишь усиливало ее влечение.

— А теперь иди ко мне, моя девочка, — уверенно притянул он к себе Наталью. — Что же нам мешает? Ах да, твои трусики.