Крысятник

От его улыбки и следа не осталось, словно ее никогда не было. — Просто мне не нравится дилетантство во всех его проявлениях. Если человек ни черта не смыслит в оперативно-разыскном деле, то должен хотя бы не мешать тем, кто на этом собаку съел. Ну, я и не выдержал, сорвался, кажется, даже прикрикнул на него, а он тут же жаловаться побежал.

Полковник Елизаров продолжал изучать Чертанова. Спокоен до неправдоподобия. Любой на его месте хотя бы разнервничался — все-таки не в богадельню пришел, а в отдел внутренних расследований, а он, видишь ли, скучает. Так могут вести себя или полнейшие идиоты (к коим Чертанова отнести невозможно), или превосходные артисты.

— Кстати, насчет собаки, — нахмурился Елизаров. — Я, конечно, понимаю ваше возмущение. Но как вы оцените тот факт, что собака набросилась именно на вас после того, как ей дали понюхать свитер? Ведь собака, так сказать, незаинтересованное лицо. Следовательно, этот свитер ваш или вы его держали в руках. А нашли его…

— Этот свитер не мой, — перебил полковника Чертанов. — Если он и побывал у меня в руках, то я его не запомнил. Кроме того, свитер могли просто подбросить. В последнее время со мной происходят какие-то очень подозрительные случайности."

"— Все это мистика, майор! Еще немного — и вы заговорите о гадалках! Но на самом деле жизнь значительно проще, чем это представляется на первый взгляд. И состоит она всего лишь из двух составляющих: «да» и «нет»… Хорошо, предположим, что здесь имел место чей-то злой умысел и свитер действительно подбросили… Но что вы скажете тогда о пустых бутылках в чулане, ведь почти на каждой из них обнаружены отпечатки ваших пальцев. Хочу сразу сказать — подбросить их не могли. На них толстый слой пыли. И как быть с холодильником, на котором тоже обнаружены ваши пальчики?

Елизаров выглядел совершенно спокойным. Он ни в чем не обвинял Чертанова. Он просто констатировал факты и хотел получить ответы на свои вопросы.

— Что ж, кое в чем вы правы. Мне действительно приходилось бывать в этой квартире, но я никого не убивал, — с некоторым раздражением произнес Чертанов. — Зачем мне, собственно, это? Сдобина я знал много лет. Моя бывшая жена и его любовница были близкими подругами. Мы частенько проводили время вместе. Бывали на природе, устраивали шашлыки. С женой я расстался, а вот с Николаем продолжал общаться до самого последнего времени. Естественно, увидев его мертвым, я испытал стресс, — признался Чертанов. — Когда свидетели указали на Колину квартиру, я почувствовал — беда!

— Потому-то и попытались проникнуть на место преступления как можно скорее. Уж не для того ли, чтобы уничтожить возможные улики? — проникновенно спросил Елизаров.