Крысиная башня

Страйк – потому что нарабатываются навыки в перемещении, в тактике. А с парашютом – потому что теперь уже не прыгнуть... А в остальном... Всё же, только сейчас начал понимать, насколько нас батя спас, вытащил из этого говна, в которое мы чуть не вляпались – или попёрлись бы ‘в деревни’, как мама хотела, или в ‘центр эвакуации’, или просто бы сидели без дела и цели на жопе, когда надо было мародёркой в полный рост заниматься. Сейчас бы нас уже тогда прирезали бы. Или сдохли бы мы от эпидемии. Или сидели бы в холодном бараке в сельхозкоммуне ‘и грызли бы последий йух без соли’, как выразился грубый Толян. А всё потому, что батя реально ситуацию представлял, и к этому готовился – хотя бы и мысленно в основном. А потом – Толян... Он странный, конечно. Как-то временами он мне реально напоминает батю, а временами – какого-то отмороженного зверя. Иногда я его боюсь. Не то что как человека боюсь, а как гранату боюсь, у которой, как кажется, чека еле-еле держится, вот-вот выскочит, – и не знаешь что делать, то ли к ней кидаться, успеть рычаг прижать да чеку поплотней вставить (благо батя с ‘поступившими нам на вооружение’ после очередного гешефта с вояками гранатами мне ликбез провёл); то ли уже из комнаты кидаться, чтобы взрывом не накрыло. Но что не отнять – во-многом мы и выживаем ведь благоаря ему, и благодяря его зверству. Если бы не он... Да, чисто на хомячении, на батиной предусмотрительности, что само по себе и хорошо, но вряд ли мы бы столько протянули. С теми же автоматами. С мародёркой-оптовкой. Это не отнять, да. А иной раз как вспомнишь... Не, лучше не вспоминать. Да. Лучше не вспоминать, и не думать. Достаточно знать – он НАШ, Толик. Как ручной волк, – который из рук ест и погладить себя даёт, – но при этом так ведь волком, зверем и остаётся. Он наш, Толик... В чём-то он на батю похож. Или батя на него? Внешне? Поступки? Да они же постоянно собачатся! Но, тем не менее... Ай, да ладно! Что о всякой фигне думать! – Новый Год скоро! То, что мы до него дожили, уже, как говорит батя подражая диктору ТэВэ, ‘Это большой успех всего коллектива!’ У нас появилась теперь перспектива. После возвращения бати с Толяном из похода мы конкретно зажглись надеждой на ‘развитие’ – если мы ‘по воде’ реально станем совсем автономными, и заделаемся тут дилерами по реализации, а может – и по установке этих самых скважин, – то тогда можно будет и прилично гарнизон расширить, что, как говорил батя, становится реально необходимым всвязи с повальной вооружённостью. Дилемма, говорит – или нам идти ‘под кого-то’ со временем, или самим ‘расти до серьёзного уровня’ – а то съедят. Оно понятно... Только ни батя, ни Толик, который был конкретным единоличником, ни я – не хотели идти под кого-то. Оставалось одно – расти.