Кошка, живущая на крыше

Я не думала, что будет, когда я выберусь, куда я пойду, где я вообще. Нет. Проблемы мы будем решать по мере их появления. Сначала - освобождение. Потом - Буся. Затем - выбираемся. И, как итог - мстим!!!

Они еще пожалеют, что сделали это со мной! И с моей собакой!

Занятая освободительными планами и действиями, я упустила момент, когда хлопнула дверь, и только визг Буси, почему-то счастливый, отвлек. Но уже было поздно. Я не успела подготовиться к появлению человека на пороге комнаты! И только почувствовала острое сожаление. Потому что одну ладонь я уже вытащила из пут. И дальше было делом техники. Мне не хватило буквально полчаса. Как они умудрились так быстро закопать? Или яма уже готова была?

В любом случае, мне не повезло. Меня застукали.

Высокая крепкая фигура мужчины показалась пугающе черной, потому что находилась против света. Я замерла, тараща на него слепые глаза, полные слез и ужаса.

И не подумала даже спрятать особожденную руку. Не успела просто подумать. И потом тоже не успела. Понять, кого вижу.

Только, когда мужчина двинулся ко мне и опустился на колени, я на секунду закрыла глаза. Потому что этого человека я здесь увидеть не ожидала. Совершенно не ожидала.

- Катя... Кать, Катенька...

Я открыла глаза, потом опять зажмурилась, на секунду, ужасную, кошмарную секунду решив, что я от перенапряжения провалилась-таки в беспамятство. И сейчас брежу.

Ну откуда здесь взяться моему гадскому соседу?

Однако, вот он, рядом со мной, на коленях стоит, споро разматывает узлы на руках и ногах, трет их своими большими ладонями. Больно! Так больно! Ужасно! Еще хочу! Еще! Пусть еще! Это дает понимание, что я не во сне, не в бреду, что живая. И неважно, что здесь делает Витя, важно то ощущение безграничного облегчения, что затопило меня, когда, наконец, в полной мере осознала, что это не сон и не бред.

- Кать, надо встать, сможешь? Катюш, давай по чуть-чуть... Нам идти надо..."

"Он привстал, поднял меня. Я не удержалась, вскрикнув, опять упала на лавку. Ноги я уже чувстсвовала. Но это были кошмарные ощущения. Изутри их разламывало, кололо так, словно я на гвозди наступила с размаху. Невозможная боль, нереальная.

Но Витя опять поднял меня, настойчиво потянул к выходу.

И я пошла. Не ощущая ног совершенно, передвигаясь только на памяти о том, как это надо делать. И едва не вскрикивая от дикой боли. Как русалочка, которая обменяла хвост на ножки и была вынуждена испытывать жуткую боль от каждого шага по земле. Я ее в этот момент очень хорошо понимала.

Мы вышли в освещенную комнату, в которой царил страшный хаос. Деревянные стулья и стол были переломаны, стекла в окне разбиты. Валялась посуда, железные кружки с разлитым коричневым отваром. И кровь на полу. Много крови. Нереально много. Я уставилась на нее, открыв рот.