Кошка, живущая на крыше

Этот контраст жуткого происшествия и неподдельной заботы по отношению к собаке вызывал даже не оторопь, а реально онемение всего. Хотя, учитывая, что тело я все так же не чувствовала, осталось только мозгу опять впасть в кому, и все. И полностью отдаться во власть зверя. Я и так в его власти сейчас. А если буду еще и без памяти... Нет, нет уж! У него, у этой твари, моя Буся! И он ее собирается отдать какой-то Кате! А вдруг она будет ее бить? Или ей не понравится подарок, и она выкинет собачку?

Потом, вспоминая свои, абсолютно сумасшедшие мысли в тот момент, я пыталась понять, почему думала именно об этом? Вопросы о том, что это за люди, чего им надо от меня, где я, и другие, очень даже серьезные и важные, отошли на второй план. А на первом был ужас от того, что моя собака находится в лапах убийцы. Вот как так? Что это? Инфантилизм? Дикая любовь к Бусе? Или попытка закрыться от реальности, замещение одной проблемы другой? Я, в итоге, пришла к выводу, что, наверно, все вместе.

В тот момент я старательно прятала панику за вполне реальным и логичным, как мне казалось, беспокойством о судьбе моей собаки. И это не дало мне сойти с ума окончательно, забиться в бесконтрольных судорогах кошмара.

И позволило привести мысли в относительный порядок. Даже выстроить в голове какое-то подобие плана. Какую-то логическую цепочку для дальнейших действий. Вспомнить, как себя надо вести с сумасшедшими. Обрести мнимое спокойствие.

Мужчина все бродил по комнате, бубнил, разговаривая то ли с Бусей, то ли сам с собой. Я смотрела в темноту слепыми от страха глазами и пыталась дышать. И мысленно выстраивать свои дальнейшие шаги.

А затем он куда-то вышел, дверь хлопнула. Я попыталась опять дернуться, но все по-прежнему было безнадежно. Ноги болели, я их уже чувтсвовала, руки - тоже. Но двинуть не могла.

Тут похититель вернулся, опять забубнил:

- Давай, давай... Бери за ноги его и тащи.

Мама, мамочка! Там еще кто-то? Еще???

Я замерла, чувствуя, как опять внутри все сжимается. Раздался шум, затем движение мебели по деревянному полу, волочение чего-то тяжелого, тяжелый грубый мат, хлопнула дверь. И все стихло. Только Буся продолжала повизгивать. Тонко и жалобно. И это опять вернуло мне меня. Я задергалась еще сильнее, и, о чудо! Смогла пошевелить пальцами на руках! Тааак... Теперь главное, чтоб меня  не беспокоили. Мне надо время, чтоб, как кошке, перейти в состояние жидкости и  выбраться из пут. А я выберусь! Обязательно! По крайней мере час  у меня есть. Пока они там будут могилу рыть, пока закапывать... Я сумею расшатать узлы, сумею вывернуть хотя бы одну кисть руки...

А потом уже дело техники. Главное, чтоб у меня было время на эту технику.

Я увлеклась, тратила все силы на освобождение, подбадриваемая писком Буси.