Крымская ракета средней дальности

Все беды на земле от баб! Какого черта она приперлась в эту часть? Почему она всегда делает то, что хочет, а не то, что говорит ей начальник, то есть я? Если бог поможет нам, если мы выберемся отсюда живыми – уволю ее к чертовой бабушке из агентства! И наберу одних мужиков…

Я затаил дыхание и выстрелил. Ирэн дернулась, словно от боли.

– Ну?!

– Нет, ничего, – жалобным голосом ответила Ирэн и звякнула наручником.

Я снова прицелился. Пуля «калашникова» с такого расстояния насквозь пробивает шейку рельса! А уж с какой-то гребаной цепочкой она запросто справится. Надо только попасть точно в звено…

Еще один выстрел! Звякнул металл. Рука Ирэн, прикованная к ракете, упала словно подбитая птица. Свободна! Я спрыгнул на землю. Ирэн на четвереньках выползла из-под трубы. На ее лице не было ни кровинки. Я протянул ей автомат.

– Оружие можешь держать? – зло спросил я, голосом показывая, что не намерен цацкаться с ней и требую, чтобы она немедленно взяла себя в руки. Ирэн поняла меня. Она резко и с силой выдохнула из груди воздух, вскинула голову и насколько могла твердо ответила:

– Могу…

Я схватил Новорукова за ворот и поднял его на ноги. Ствол автомата уперся ему в грудь.

– Все, Новоруков!! Все!! – закричал я ему в лицо. – Заканчиваем все дебаты, споры и просьбы!! Ты немедленно останавливаешь запуск ракеты!! Ты это сделаешь вопреки своему желанию поставить мир на колени!! Ты это сделаешь, потому что хочешь жить!!

Он стоял передо мной и покачивался, словно пьяный. Его глаза ничего не выражали. Он не боялся меня. Он знал, что до старта ракеты я его не убью. А потом… потом, когда счет жертвам пойдет на тысячи и десятки тысяч, его смерть уже ничего не изменит.

– Кирилл, осталось тринадцать минут, – прошептала за моей спиной Ирэн. – Надо уходить…

– Куда?! – хриплым голосом заорал я. – Куда уходить, дура?! Ты понимаешь, что мы потом до конца своей жизни не простим себе этого!! Мы!! Не простим себе!! Этого!!

Новоруков, избитый, слабый, жалкий, стоял передо мной, а я ничего не мог с ним сделать. Он торжествовал. Он просто стоял и смотрел на меня, а я умирал от бессилия. Если бы он потребовал, я бы встал перед ним на колени. Собственно, я уже стоял. А он плевал в меня… Маленький, слабый, ничтожный человечек. С тайными мечтами избавиться от комплексов и фобий и возвыситься над другими. Психически больное существо, получающее наслаждение от унижения других. Вечный неудачник. Вечный нуль.