Крым наш!

Секрет ли для тебя то, что уже через полтора месяца я женюсь? — конечно, она знала об этом, ведь и сама упоминала, едва явившись, да и теперь недовольно скривилась. Я же только кивнул. — Вижу, что ты знаешь. И не нужно никаких конфузов, чтобы о тебе плохо говорили, да и обо мне такоже. Не гоже мне, мужнему сразу же быть… Пусть и с великой тобой.

— А как же Анна? Леопольдовна? У тебя с ней было? Вот так? Она молода…

— Я же не спрашиваю, с кем было у тебя. Лиза… Здесь и сейчас ты моя, я твой. Но не там, — я показал на дверь.

Нехотя, даже с какой-то злостью, которая и придавала ей силы, Елизавета резко встала с кровати. Златовласка накинула на себя халат, скрывая от меня свои такие аппетитные женские прелести.

— Ты!.. — Елизавета явно хотела сказать какое-то оскорбление, но сдержалась. — Не позднее, чем через седмицу я желаю видеть тебя у себя в Сарском Селе. Кто требовал того, чтобы быть управляющим частью моих поместий? Вот и приезжай!

Я мысленно улыбнулся. Но лишь мысленно, чтобы Елизавета ещё больше не раздражалась. Ведь она теперь, сразу после того, как величественно ворвалась ко мне в комнату, играет лишь на вторых ролях. Я был ведущий, она — ведомая.

И сейчас, после этого изнурительно сладкого постельного забега… к слову, не только постельного, где мы только ни… однако главное в том, что я всё равно не проявлял покорности, не отводил взгляд, когда на меня смотрела цесаревна. А выходило так просто потому, что я видел перед собой женщину.

Ту, которой только что обладал, которую своей страстью покорил и подчинил. И мне, человеку, который ещё не подавил в себе мужчину из будущего, крайне сложно перестроиться и начать женщине, только что бывшей покорной, подчиняться. Да и человеку этого времени подчиняться женщине может еще сложнее. Даже цесаревне.

Через двадцать минут Елизавета покинула мой дом. Мне же пришлось распорядиться, чтобы её провели. Мало ли, может, разъярённый ревнивец, или кто там устраивает на меня засаду, решит поступить по принципу: «Так не достанься же ты никому!» — и, подставляя меня, убьёт Елизавету.

А так, тройка моих бойцов, отправленная вслед цесаревне, хотя бы могла быстро предупредить других бойцов, и, возможно, помощь пришла бы вовремя.

— Всё ли готово? Не спугнули ли казаков? — спрашивал я у Саватеева, как только убедился, что Лиза уехала.

— Это что ж, у вас в опочивальнях была Елизавета Петровна? — ошарашено спрашивал поручик.

Интересовало его абсолютно не то, что я хотел услышать."

"— Господин поручик, вам ли становиться в скором будущем капитаном гвардии и командовать ротой? Лишние вопросы задаете, тогда как на спрошенное не отвечаете! — сказал я, явно намекая, что вопросов ему теперь задавать не стоит, иначе капитаном не быть.