Четвертое крыло

Надоело ходить по коридорам в страхе.

— Что случилось? — спросил Гаррик, оглядываясь через плечо в противоположном направлении, в сторону пары, которая определенно решила, что целоваться важнее, чем попасть в общежитие к комендантскому часу.

— Идите. Встретимся внутри, — сказал Ксейден.

— Ты уверен? — Боди наморщил лоб и окинул двор подозрительным взглядом.

— Идите, — приказал Ксейден и стоял совершенно неподвижно, пока двое других не подошли к казарме, а потом не повернули налево к лестнице, которая вела к этажам второго и третьего курсов.

Только когда они скрылись из вида, он повернулся лицом к тому месту, где я пряталась в темноте.

— Я знаю, что ты знаешь, что я здесь. — Я заставила себя встать и подойти к нему, чтобы он не решил, что я прячусь или, что еще хуже, боюсь его. — И пожалуйста, не надо разговоров о том, как ты повелеваешь тьмой. Я сегодня не в настроении.

— Не спросишь, где я был? — Он сложил руки на груди, изучая меня в лунном свете.

При этом освещении его шрам выглядел еще более грозным, но я не могла найти в себе силы испугаться.

— Мне, честно говоря, все равно. — Я пожала плечами, и от этого движения пульсация боли в них усилилась. Потрясающе, как раз вовремя, чтобы завтра снова потренироваться на Полосе.

Он покачал головой:

— Тебе действительно все равно, да?

— Нет. Но я же тоже гуляю, несмотря на комендантский час. — Тяжелый вздох вырвался из моих губ.

— Что ты делаешь на улице после наступления комендантского часа?

— Обсуждаю сама с собой возможность побега, — ответила я. — А ты? Не хочешь поделиться? — насмешливо поинтересовалась я, зная, что он не собирается мне отвечать.

— То же самое.

Вот язвительная задница.

— Слушай, ты вообще собираешься меня убивать или нет? Предвкушение начинает раздражать меня до смерти. — Я подняла руку к плечу и слегка развернула его, продавливая больные мышцы, но это не принесло никакого облегчения.

— Еще не решил, — ответил он, как будто я только что поинтересовалась его предпочтениями на ужин, но его взгляд словно застыл на моей щеке.

— А ты не мог бы решить? — пробормотала я. — Это определенно помогло бы мне составить планы на неделю.

Маркем или Эметтерио. Писец или всадник.

— Я влияю на твое расписание, Вайоленс? — На его губах определенно появилась ухмылка.

— Мне просто нужно прикинуть, каковы мои шансы, — руки сами собой сжались в кулаки.

Этот засранец имел наглость продолжать улыбаться."

"— Это самый странный способ, которым меня когда-либо пытались склеить…

— Не шансы с тобой, самодовольный ты придурок! — На хер. На хер все это. Я шагнула мимо него, но он поймал мое запястье, и его захват был не слишком давящим, но крепким.

Кончики его пальцев на тонкой коже заставили пульс тут же разогнаться до невозможного.