Крылья для попаданки

Мы пару дней назад покинули предгорье и двигались по утоптанной дороге, проезжая скромные поселения, встречая или провожая настороженными взглядами другие обозы."

"Удивительно и от души радует, что квошики – горцы, которые меня подобрали, – не совсем уж дикари на первой ступени развития, как я полагала, наблюдая за ними из клетки. Нет, просто они выбрали такой образ жизни и следуют укладу и традициям предков уже тысячи лет. Ну как какие-нибудь индейцы или русские староверы. Приблизительно, конечно, но я не могу не сравнивать. Их вотчина – снежные горные просторы, которые весь мир называет Квошем, здесь они хозяева и мало кто рискует соваться на территории этих довольно воинственных племен, схлестывавшихся даже между собой за ресурсы и женщин. А вот внизу, в долинах, все совершенно по-другому. Нет, это уже не Средневековье, но, увы, недалеко от него ушли разумные этого мира в своем развитии. Остается надеяться, что есть более близкие мне по уровню развития народы. Все-таки Зорь давным-давно не выбирался «в свет» и обошел его не полностью.

В первые дни нашего путешествия, когда мы спускались с гор, ветер отчаянно трепал полог клетки, я мало интересного и примечательного видела. Лишь на привалах, когда меня скудно кормили и меняли ведро, я могла разглядеть окружающее пространство более детально. Почти неделю мы шли узкими заснеженными тропами, останавливались в других становищах, где меня показывали – крылатую диковинку, хвастались. Цирк шапито, чтоб им…

Обозники, или мой конвой, периодически проверяли клетку – вдруг я там подкоп устроила, или прутья погрызла, или, следуя здешним нравам, руны проклятийные начертила. От нечего делать в дороге я пыталась освоить языки, подаренные чужой памятью. И постоянно бубнила себе под нос сложно произносимые слова, чтобы хотя бы приспособиться и нормально выговаривать непривычные звуки. А конвойные периодически отдергивали полог, заглядывая ко мне, выискивая признаки зловредной магической деятельности… или помешательства. Второе, мне кажется, их больше устроило бы.

Не дождутся! Из принципа была любезной и сообщала, что все в порядке.

В долине я впервые увидела не чернокожих сморщенных квошиков, а других жителей Мира – оливково-смуглых, узкоглазых дашамов, с вполне гладкой кожей лица, одетых в уже знакомую, грубо сшитую меховую одежду. Живут они не в чумах-шалашах, а в глинобитных круглых домиках, похожих на юрты. Такое жилище не свернешь и не увезешь – это уже не «стойбища» квошиков. Дашамы живут в своих селениях годами, и лишь природная катастрофа или голод могут вынудить их убраться с насиженного места.

Благодаря памяти Зоря, я понимаю чужую речь, в курсе традиций и уклада жизни всех, кого встретила в пути.