Крылья бабочки

Секунда промедления, и его член, горячий и жесткий, подрагивая, коснулся бедра, скользнул к клитору, надавливая и распаляя. Трейси нетерпеливо выгнулась ему навстречу, и Марко, со стоном удовлетворения, принял приглашение, погружаясь до основания.

Ей не нужно было много времени, бурный оргазм накрыл стремительно – буквально через пару минут, – заставив впиться пальцами в его руки и коротко вскрикнуть, содрогаясь от наслаждения. Марко задвигался быстрее, сжимая ее бедра так яростно, что завтра проявятся следы, затем резко вышел, упираясь членом в лобок, измазывая горячим семенем тело, словно пометил территорию.

Трейси, когда смогла собрать себя воедино и посмотреть на него, встретилась с затуманенным синим пламенем, догоравшем в бесконечной глубине глаз Марко. Он склонился над ней, запечатлел на плече легкий поцелуй, который вспыхнул огнем, обжигая кожу, как свежее клеймо, и помог подняться.

Она сидела на столе практически обнаженной: платье черным мешком собралось на талии, трусики болтались на одной ноге, голая грудь покрылась мурашками от свежего воздуха, проникавшего сквозь приоткрытое окно. Марко спокойно, даже деловито, приводил себя в порядок, словно ничего особенного не произошло, будто они не задыхались минуту назад от страсти. Его лицо снова было загадочно пустым – никаких эмоций: ни удовлетворения от близости, ни превосходства от того, что сломил сопротивление и заполучил упрямицу – ничего. Трейси обняла себя одной рукой, прикрывая грудь, второй – потянула рукав, стараясь поскорее одеться. Она хотела домой. Хотела скорее стать под горячий исцеляющий душ и смыть с себя всё, что только что произошло.

– Поехали, – бросил Марко, подхватывая пиджак.

– Куда? – изумилась Трейси. Он подошел, вынул из кармана носовой платок и протянул ей. Она смутилась, но приняла его.

– Ко мне.

– К тебе? – заторможено переспросила Трейси. – А твоя жена?

– Я не приглашаю тебя в дом моей семьи. Я везу тебя к себе. Ты ведь не думала, что это всё? – Марко выразительно обвел рукой кабинет и саму Трейси. – Мы еще ничего не начали. Это была увертюра, еще два акта и выход на бис.

Он протянул руку, и ей ничего не оставалось, как покорно вложить в нее свою.

Мы не начали…

Той ночью Трейси не поняла истинного значения этой фразы. Три слова. Всего три, но именно с них началось стремительное падение в огненную бездну, имя которой Марко Мариотти.

Глава 20. Соперницы, выстраивайтесь в очередь, или трудности взаимного приручения

В просторном кабинете Максимилиана Уиллета за длинным прямоугольным столом собрались несколько ведущих юристов компании.