Крылатым не входить!

На самом деле, все, чего я сейчас хотела – это убраться подальше от темной улицы, оказаться где-нибудь в безопасности.

— Ты вся дрожишь… — он протянул руку, притягивая меня к себе.

Глава 6

В его объятиях действительно стало теплее и даже немного спокойнее. Я уткнулась лицом в его рубашку, вдыхая чуть горьковатый аромат мужского парфюма. Ему невероятно шел этот запах. Терпкий, глубокий, заставляющий вдыхать полной грудью.

Мы простояли так несколько минут, в этих объятиях не было ничего эротического, Александр не позволял себе лишнего, лишь крепко сжимая меня, согревая, успокаивая.

— Ты ведь мне расскажешь? Что это были за твари? — наконец справившись с собой, спросила я.

Мужчина с явным сожалением выпустил меня из кольца своих рук.

— Ты ведь сказал, что связь с ребенком для вас священна! Почему они напали? — на последних словах голос дрогнул и сорвался.

— Связь не дает физическую защиту, она дает откат в случае нападения. Если цербер убьет тебя или ребенка, то, скорее всего, умрет после этого, но вряд ли псы думают об этом, выполняя приказ.

— Приказ? — ужаснулась я.

Кому могло понадобиться охотиться за мной или малышом? Что за монстр может желать смерти новорожденному младенцу?!

— Возьми малыша Марка на руки, и я унесу вас отсюда. Потом, обещаю, расскажу все, что знаю, — вдалеке послышался какой-то шум, заставивший нас обоих напрячься.

Размышлять было уже некогда, я отстегнула ребенка, прижимая его к себе, а в следующий момент сильные мужские руки обвились вокруг меня, крепко прижимая, и земля вдруг выскользнула из-под ног.

Дух захватило, я зажмурилась, чувствуя, как естество замирает то ли от восторга, то ли от ужаса.

— Не бойся, я не уроню, — шепнул мне на ухо гарпий, но как я могла не бояться?

Судорожно вцеплялась в ребенка, жалея, что у меня нет еще одной пары рук, чтобы держаться одновременно и за крылатого. Скорее бы мы долетели!

При этом я понятия не имела, куда мы летим, но сейчас точно было не лучшее время для разговоров.

Но прошло несколько минут, полет продолжался, и чем дольше мы парили над засыпающим городом, тем свободнее я себя чувствовала. Железные тиски, сжимающие желудок, постепенно ослабляли хватку, мне становилось легче дышать. Малыш не капризничал, хотя ему давно было пора кушать.

Под конец полета я даже смогла насладиться им. Высота делала находящиеся внизу дома, деревья, машины – словно бы ненастоящими, игрушечными. Словно я стояла над макетом города, а не парила где-то под облаками. Чувство страха отступало перед этой нереальностью.

Лишь когда мы стали снижаться – внутри все вновь замерло, и окончательно я успокоилась лишь тогда, когда мои ноги коснулись твердой поверхности. Гарпий принес меня на мой собственный балкон.