Крылатым не входить!

— Остановиться? Ты с ума сошел? — из горла непроизвольно вырвался нервный смешок. — У меня ребенок в машине. Он этим тварям на один зуб! Черта с два я остановлюсь!

— Марина, я понимаю, ты напугана. Но куда ты едешь?..

— Не знаю.

Я правда не знала, где можно спрятаться от подобных тварей.

— Но что-то же надо делать, раз ты «не можешь!» — передразнила я.

— Я объясню. Марина… — он вдруг накрыл своей ладонью мою руку, сжимающую набалдашник на коробке передач.

От его прикосновения страх и тревога начали отступать, я выдохнула, понимая, что он прав. Бесконечно убегать мы не сможем. Я начала притормаживать, скорость машины стала снижаться.

Мы успели выехать из центра в частный сектор на окраине города. Здесь было безлюдно и почти не было фонарей. Местность доверия не внушала, казалось, того и гляди из-за каких-нибудь кустов выскочит зубастая тварь.

— Останови тут, — указал он на какой-то особенно темный съезд.

Я поежилась, не зная, стоит ли доверять выбору гарпия. Но мимолетно обменявшись с ним взглядами, все же свернула и заглушила мотор.

Мужчина открыл дверь, выходя на улицу, и вдруг как-то резко сгорбился, а из-за его спины начали расти и расправляться огромные лебединые крылья.

Я вышла из машины, отмечая, что Александр успел не только отрастить крылья, но и в росте прибавить.

— Это вроде как у оборотней? — я понятия не имела, как на самом деле обстоят дела у оборотней, и существуют ли они вообще. Но то, что сейчас произошло, чем-то напоминало виденные мной фантастические фильмы, когда человек трансформировался в какое-то другое существо.

На самом деле, после всего, что происходило, на фоне нападения непонятных псов, какие-то крылья – даже не впечатляли.

Меня тихонько потряхивало, я чувствовала, что могу сорваться в любой момент, но пыталась держать себя в руках.

Подумать только, всего пару дней назад – все, что меня заботило, это как не получить отказ на сданный межевой план в кадастровой палате.

— Типа того, — гарпий какое-то время напряженно вглядывался в окружающую нас темноту, затем подошел к машине.

Скривившись, провел рукой по глубоким параллельным прорезам на дверях, оставленным словно каким-то железным ломом, но никак не когтями животного."

"Я же зашла с другой стороны, проверяя, как там малыш. Тот ворочался в люльке и куксился, словно вот-вот заплачет.

— Мне нравилась эта машина, — вздохнул он.

— Ты сейчас о машине переживаешь?! — должно быть, я спросила слишком резко, потому что Александр не ответил, но спустя несколько секунд я почувствовала, что он стоит за мной.

— Плевать на машину. — услышала я его хриплый, чуть уставший голос.

Выпрямившись, развернулась, прямо и смело смотря на него. И пусть эта смелость была напускной, а в груди все буквально переворачивалось от воспоминаний от пережитого.