Круэлла де Виль. История злодейки с разбитым сердцем

А когда приезжал домой, начинала ворчать по-доброму, что у меня ботинки в грязи и лицо чумазое, а потом как улыбнётся да как приготовит для меня прямо на кухне что-нибудь этакое... Так что, можно сказать, воспитание у меня было самое что ни на есть неформальное, свободное. Полагаю, вы любите свою кухарку так же нежно, как я любил свою, а?

– О да, Круэлла обожает миссис Бэддли. Она действительно как вторая мама для нас обеих, – закивала Анита, вновь подпустив шпильку моей мамочке.

– Да, обожаю, – подтвердила я и пнула Аниту под столом ногой, желая заставить её замолчать наконец и не вылезать со своими дурацкими комментариями.

– Ещё бы, ведь миссис Бэддли – единственная, кому Круэлла могла бы доверить свою ненаглядную Пэдди. За исключением меня, разумеется.

Проклятье! О Пэдди я мамочке ещё ничего не успела сказать!

– Пэдди? Кто такая Пэдди? – спросила мамочка.

– Мой щенок. Об этом мы сможем поговорить потом, мама, – сказала я, прожигая взглядом Аниту, и вновь пнула её. На этот раз ещё сильнее. – Может быть, дамам пора перейти после ужина в гостиную? – добавила я.

От неприятного разговора в присутствии гостя нас спас Джексон.

– Не желает ли джентльмен ещё немного портвейна, перед тем как присоединиться к дамам в гостиной? – спросил он.

– О да, с удовольствием, Джексон. У вас прекрасный портвейн, – откликнулся Джек и улыбнулся. Улыбка у него была широкой, располагающей, как у Кларка Гейбла. Не помните, да? Ну, Кларк Гейбл, киноактёр, звезда Голливуда в сороковые-пятидесятые. Я обожала эту улыбку. Я влюбилась в неё. Она напоминала мне одного человека, которого я очень любила и по которому ужасно тосковала. А ещё эта улыбка открывала два ряда безупречных, белоснежных крепких зубов – как у Щелкунчика.

Тем временем мы, то есть дамы, перебрались в соседнюю гостиную, зная, что у нас не так много времени до того, как Джек допьёт портвейн и присоединится к нам. Обсуждать с мамой Пэдди прямо сегодня вечером я не собиралась и потому злилась на Аниту, которая раньше времени проболталась о ней. Честно говоря, меня ужасно злило всё сегодняшнее поведение Аниты, я просто не понимала, что происходит с моей лучшей подругой, какая муха её укусила.

Но слово сказано, и разговор уже не отложишь.

– Мама, я хотела поговорить с тобой о Пэдди чуть позже, но раз уж так получилось... Это милейшее создание. Щенок. Подарок от папы на мой восемнадцатый день рождения.

Я заметила, как вздрогнула мамочка, когда я упомянула о папе.

– Не понимаю, что ты говоришь, Круэлла. Можешь яснее выражаться?

Анита видела, что я старательно подбираю слова. Быть может, она уже чувствовала вину за свою глупую болтовню? Не знаю, не знаю. Во всяком случае, она припомнила наконец, чему её учили в школе, и попыталась повернуть разговор в новое русло.