Погашено кровью

Лейтенант хотел вскочить с места, но Сычев поймал его за руку и усадил назад. Теснота не позволяла им разгуляться. Ребята походили на таежных лесорубов, которым требуются топор и размах. Сычев успел сделать не меньше пяти умозаключений, пока гость готовился к своей речи.

– Приветствую вас, господа лохи, на территории нашего влияния! – начал свою проповедь вооруженный медведь. – Должен сообщить вам приятную новость. По законам нашего кодекса с вас причитается налог за проезд по заповедным местам в размере содержимого вашего кошелька. Прошу не нервничать и не дергаться. Мы люди относительно мирные и собираем дань в пользу несчастных сирот. Разойдемся мирно. Сохраняйте свои зубы в целости и сохранности, дантисты стоят очень дорого. Итак, жлобики, не ходите в гробики! Содержимое карманов на стол. Шевелись, паскуда, другие ждут! – Последняя фраза прозвучала угрожающе.

Сычев заметил, как у лейтенанта заходили желваки.

– Брось, Палыч. Хорошие ребята, почему бы нам не поделиться с ними.

Сычев встал. Его затылок едва доставал до плеча налетчика.

– Вы извините, но можно я достану кошелек? Он в пальто, у вас за спиной.

Разойтись в такой тесноте не представлялось возможным. Громила повернул голову назад, где висела одежда, и на секунду выпустил пассажиров из поля зрения. Дальше все происходило, как на съемках боевика. Сычев ухватил налетчика за кисть руки, в которой тот держал оружие, и резким движением крутанул ее за спину. От неожиданности и резкой боли в плече здоровяк выпустил ствол из рук, который тут же попал к лейтенанту. Мальчишка инстинктивно понял, что собирается предпринять Сычев, и приготовился к перехвату. Пистолет был пойман в воздухе. Главный налетчик с заломленной за спину рукой согнулся пополам, как перочинный нож, и тут же подучил сильную затрещину по затылку собственным пугачом.

Шапка отлетела в сторону, и человек-гора упал на колени. Его напарник не имел оружия, а ходил сопровождающим для устрашения. Он так и не понял, что произошло, продолжая стоять на месте и моргая белесыми ресницами.

Когда напарник упал перед ним на колени, как на паперти, он вздрогнул. В ту же секунду в лицо ему глянул черный глаз «ТТ».

– Спокойно и без шума. Зайди в купе и закрой дверь. – Сычев говорил тихо, но убедительно, как заклинатель змей. Он заставил здоровенного детину втиснуться в крошечный закуток и закрыться.

– А теперь, дружок, скинь полушубок, сними ремень и свяжи своего напарничка. И делай это на совесть, а то рядом ляжешь.

Как нашкодивший ученик, верзила принялся заглаживать свою вину.

Горелов не верил собственным глазам. Такой маленький, пожилой мужичок крутил богатырями, как дрессировщик на манеже справлялся со львами.