Вкус крови

 – Полковник отсчитал деньги и сунул их Славику, не замечая его смущения. – Идите. Чекасову передай, пусть распорядится выдать вампиру пожрать.

А то он у нас тяжело переносит общение с Валентином Николаевичем."

"Полковник Жебров не был злым человеком. Но ведь если соблюдать все правила, тогда «преступника хрен поймаешь, а поймаешь – хрен чего докажешь».

Эту мудрую мысль он исповедовал сам и постоянно внедрял ее в головы своих подчиненных. Начальник Ладожского отделения не пользовался и своим служебным положением. Он бы очень возмутило если бы узнал, что цена принесенной закуски с выпивкой была в полтора раза больше, чем та, что он заплатил.

– Чушь полнейшая! – авторитетно заявил Сучков и с презрением посмотрел на молодого следователя:

– Кто вам сказал такую ерунду?

– Слухами земля полнится, – пожал плечами Панков.

– Агентство О-БЭ-ЭС – «Одна Бабка Сказала», – хмыкнул дед Григорий.Поменьше ему доверяйте. Да какой из этого убийца! Из придурка недоделанного!

Чтобы он один с Бастиндой справился? Да ни в жизнь не поверю! Ну мальчонку еще, туда-сюда, мог бы пристукнуть. Шестилетнего. А второго – сомневаюсь. Да и куда он трупы дел? Не-е, – Сучков даже поморщился, – это у кого-то спьяну мания преследования началась.

– А вы его хорошо помните?

– Дак конечно! – воскликнул носильщик. – На вокзал-то не пускали его.

Брезговали. Так он тут и шлялся в конце платформ.

– Значит, Муравьев, по-вашему, не мог быть маньяком-убийцей?

– Убийцей – нет, – убежденно кивнул дед Григорий, – а маньяком был, конечно, не без того!

– То есть? – не понял Никита.

– Ну ходил тут, баб пугал. Снимет штаны и показывает, что там у него.

Они-то, дуры, боятся, а он ведь безвредный. Дурак просто.

– Вот, значит, почему его за убийцу посчитали…

– Люди-то темные. Считают, раз тут по кустам шарахается, значит, он того, ну и на него все грехи можно повесить.

– Хорошо, оставим Муравьева. Куда, по-вашему, могли пропасть Пучкина, негритенок и подросток из детской комнаты? Причем платок Пучкиной и картуз Мориса оказались у Муравьева. Да, – вспомнил Никита, – еще девочка пропала ненормальная. Ну, не ненормальная, а заторможенная. – Девочка? – почесал в бороде дед Григорий. – Много тут у нас на вокзале девочек. Это они только на вид заторможенные, а как минет в мужском туалете за десятку делать, так весь тормоз проходит.

Панков поморщился.

– Да это я так, – махнул рукой Сучков, – теперь у нас все культурно. Нонче сервис на высоте. Та же девочка будет с вами на кровати с белыми простынями.

– А простыни-то откуда?

– Как это? – искренне удивился вопросу дед Григорий. – Белье, оно всякому пассажиру положенно. Нонче, правда, не всякий берет, потому как дорого стало. А так в борделе тебя на самое свежее положат. На новенькое.